– Мама! – вырвалось у воительницы.

Она тоже прошла этой дорогой. Дала жизнь бессмертной дочери, приняв семя Владыки Асгарда, подарила ему валькирию, а сама ушла.

Ушла сюда, к Демогоргону.

«Так, может, – обожгла мысль, – удастся вернуть и её? Почему ожить должны только асы с асиньями?»

Она не успела додумать до конца. Слепящий свет мчал на неё всё стремительнее, приближаясь с каждым мгновением. И, когда она провалилась в него, когда холодное пламя поглотило её без остатка, валькирия закричала.

– Мама!

…Леденящий холод не отступал, на ресницах и бровях валькирии уже, кажется, висели сосульки. Попыталась их смахнуть и едва сумела пошевелить рукой. Тело не желало слушаться – и было от чего.

Серое пространство вокруг, ни верха, ни низа, нет и земной тяги. Одежда, оружие, кожа, волосы – всё утратило цвет, всё сделалось однообразно серым. И вокруг Райны, со всех сторон, насколько мог окинуть глаз, вперёд, обгоняя её, текли смутные, размытые светло-серые туманные силуэты. Чем-то они походили на те, что вёл по Гнипахеллиру Яргохор, только ещё более неоформленные, имеющие ещё меньше различимых черт; и всех их несло к сияющей жемчужным огнём исполинской арке.

Райна не смогла бы сказать, насколько велика эта арка, но определение «подпирающая небеса» оказалось бы слишком слабым. Нет, арка не подпирала небеса, она сама была небесами, она вздымалась в такую высь, что перехватывало дух и разум отказывался воспринять увиденное.

Арку было не измерить в лигах. Ни в сотнях их, ни в тысячах – целые миры легко прошли бы сквозь неё. Никакой взор, неважно, смертного или бессмертного, не смог бы охватить её разом, никакой разум не смог бы осмыслить увиденное – однако сейчас Райна как раз видела и сознавала всё.

Маленькое преимущество мёртвых.

Врата вечности широко распахивались перед воительницей, домен Духа Соборной Души, куда нет дороги облечённым плотью и куда они, несмотря ни на что, пытались прорваться. Не думая о последствиях и не гадая, как это отразится на пресловутых «весах».

– Мама… – в третий и последний раз прошептала воительница, за миг до того, как незримые створки сомкнулись за ней.

Интерлюдия 10

Интерлюдия 10

– Вы всё поняли? Ты, Рирдаин? Ты, Друнгар?

– Да, Аэтерос. Позиция наша крепка. Кристаллы расставлены, якоря надёжны. Мы готовы.

– Помните, вы должны удержаться. Никаких отступлений. Только если лопнут кристаллы второго круга. Но как только они лопнут – вы уйдёте через круг третий. И вот тут уже мой строжайший приказ будет – никаких геройств. Сперва никаких отступлений – а потом никаких геройств. Что тебе непонятно, Рирдаин?