Вестибюль был огромен. Холодные мраморные полы начищены до блеска, выбеленные стены поглощают звуки шагов. Прямо - контрольно-пропускной пункт, налево - гардероб.

   --Добрый день, Виктор Алексеевич! -- старший советник Маркус Иллири вышел навстречу сенатору. -- Я давно вас жду. Заседание идет уже двадцать минут. Я надеюсь, у вас есть уважительная причина, благодаря которой вы задержались? Господин Гвидо Аллеро будет спрашивать.

   -- Пусть Гвидо Аллеро внесёт на заседание Сената законопроект, запрещающий пробки... -- недовольно проворчал Рогозин.

   -- На дорогах? -- вежливо уточнил Иллири.

   Рогозин усмехнулся, давая понять, что последний вопрос был лишним.

   -- Где заседание? -- поинтересовался он.

   -- В Малом зале. Давайте пройдём, что стоять...

   Советник предъявил пропуск и провёл Рогозина за собой. Сразу за КПП начиналась длинная лестница на второй этаж.

   -- Кто присутствует на заседании? -- спросил сенатор, прикидывая, чего же ему ждать от сегодняшней встречи.

   -- Второй Консул сир Керриган, министр Аллеро, его заместитель Маркова, адмирал Серрвус,двое сенаторов-лоялистов, а также один учёный от Независимой лаборатории межпланетных исследований. Имя у него замысловатое, не помню.

   Рогозин поёжился. Ничего хорошего от этой встречи ждать не приходится. Он попал в логово лоялистов, и они скоро его растерзают.

   Советник привёл его на третий этаж Министерства, и, пройдя по длинному коридору, остановился перед большими дверьми Малого зала.

   -- Будьте осторожны, сенатор, -- предупредил он.

   Рогозин кивнул и вошел в зал.

   Заседание шло полным ходом. За широким круглым столом собрались высокие должностные лица Федерации. Среди них, возвышаясь на золоченом троне во главе стола, в парадном мундире, при орденах сидел Второй консул Октавиан Керриган. По правую его руку был Премьер-министр Иоахим Могга, по левую - министр Аллеро. Среди присутствующих Рогозин узнал сенатора Юзина и сенатора Кеша. Окинув взглядом зал, он увидел своё место. Рядом с учёным, имеющим замысловатое имя.

   -- Добрый день, сир Иортанновис, -- поздоровался Виктор Алексеевич, присаживаясь.

   -- Я боюсь, вы пропустили самое интересное, -- ответил тот, скривив губы.

   -- Что же именно?

   -- Начало заседания. Поминали сира Корхаста и его семью.

   -- И как?