Штурмовик кивнул:

– Оружие оставлю.

Мечислав достал катушку синтетического шнура, тот был очень тонким и скорее напоминал бечёвку, но она легко выдерживала вес сто пятьдесят килограммов, с такой можно, не раздумывая, в горы лезть.

– Готов? – спросил майор.

– Конечно, командир, увидимся на той стороне. – Рег поднял руку, прощаясь с товарищами, и прыгнул в воду.

Плыл он довольно уверенно и вскоре скрылся из виду, а через двадцать секунд раздался всплеск, и всё стихло.

Потянулись минуты ожидания. Молот очень жалел, что кончились сигареты: из всей группы курил только он, так что стрелять не у кого. Он смотрел на часы на обратной стороне лицевого щитка, прошло пять минут, ещё две, все десять… Если Рег не доплыл, то уже идёт ко дну. Но шнур продолжал разматываться, хотя это ничего не значило, Рег мог тонуть, не известно какие здесь глубины.

– Сколько размоталось?

– Сто шестьдесят два метра, – сообщила Маха.

Время тянулось очень медленно, секунды текли, как часы.

– Рывок! – заорал Варк, который держал катушку. – Ещё рывок!

– Тяни! – приказал майор.

Штурмовик начал послушно наматывать шнур на руку, минуты через две показался конец, к которому был прочно привязан камень с дыркой посередине.

– Сто семьдесят восемь метров, – подвела итог Маха.

– Немало, но придётся это сделать, – решил за всех Молот. – Ныряем, плывём вместе, первый вздох делаем здесь, глубокий и ровный, держим эту порцию кислорода столько, сколько возможно, потом используем функции костюмов.

Штурмовики молчали, делая глубокие вздохи, вентилируя лёгкие.

– Я умею плавать, но боюсь много воды, – тихий голос Файры пронёсся по залу, словно она кричала.

– Наследница трона никогда не отдыхала на море? – удивился майор. – Это единственный путь отсюда.

– Я останусь, попробую пройти через ворота, а потом по туннелю, – упёрлась княгиня.

Это не упрямство, это панический страх. Молот понял, что та по доброй воле никогда не шагнёт в воду.