Сейчас над захваченной птичкой корпела бригада техников и инженеров. Таких им видеть не приходилось. Одного тягача не хватило, пришлось подтянуть ещё один – в штурмовике больше двадцати тонн. Почти все модели самолётов, захваченных у Соколов, весили чуть ли не в половину меньше.

Тихонова похвалила его за проведённую операцию, прекрасно понимая, что другого решения проблемы быть не могло. Изредка майор перехватывал её взгляды, в которых вспыхивали искры недавнего разговора. Он не осуждал её метод: тот оказался эффективным – Файра избавилась от статуса пленницы, майор избавился от давления. Всё складывалось неплохо, кроме одного: похоже, имперцам удалось захватить землянина – это был грамотный инженер, назначенный курировать шахту всего несколько недель назад. Кто-то видел, как его волокли к челноку, во всяком случае, тело не обнаружено.

Никаких иллюзий, что Леонид Георгиевич не сольёт всю информацию, которой располагает, майор не питал. Он прекрасно представлял методы имперцев, поэтому был в этом вопросе реалистом, Он вообще был реалистом.

Вечер приближался. В офицерском баре Саша забронировал небольшой зал. Никаких пышных торжеств, всё по-семейному – жена и друзья.

Ровно без десяти восемь Мечислав постучал в дверь Файры.

– Открыто! – раздалось из глубины комнаты.

Майор мазнул по сенсору и переступил порог. Она стояла спиной ко входу, лицом к большому зеркалу, вделанному в шкаф. На ней было обтягивающее темно-серое платье-перчатка, которое не доходило до колен сантиметров пятнадцать, подчёркивающие все изгибы её великолепного тела. Волосы платиновым водопадом спадали по спине, контрастно выделяясь на сером фоне. Вообще серый цвет хорошо сочетался с её тёмно-синими глазами.

– Молнию помоги застегнуть, – попросила она, не оборачиваясь, но смотрела на реакцию майора через зеркало.

Что ж, Файра осталась довольна собой и произведённым эффектом: ей потребовалось минимум дважды повторить просьбу, прежде чем Мечислав вернулся в реальность. Он сделал шаг, бережно ухватил замочек молнии и потянул вверх.

– Откуда оно?

– Не знаю, – обернувшись, произнесла Файра, – было в шкафу вместе с туфлями.

Ни Файра, ни майор никогда не узнают, что платье было куплено в Париже доцентом Тихоновой, но так и осталось висеть в её шкафу, почему-то именно его она взяла в другой мир.

Туфельки тоже были замечательными: изящные, черные, остроносые, на высокой шпильке. Мечислав почему-то сразу неловко почувствовал себя в своём единственном гражданском одеянии: черные джинсы, сорочка такого же цвета и взятые взаймы у Аркаши черные ботинки.