Все было готово к наступлению.

– Приказано разделиться! Очевидно, для вашей же пользы, – сказал я. – Действуйте, как условились!

– За мной! – крикнул Осима, прыгая на пегаса. Пегас взметнул крылья.

– За мной! – эхом откликнулся Камагин, взлетая вслед.

Он метнул гранату в разрушителей, грохнул первый взрыв.

9

9

Вспоминая события в Персее, я вижу, что если кто в стане противника и предвидел наше восстание, то лишь тайные друзья, а враги были захвачены врасплох.

Пегасы с людьми на спинах и ангелы Труба мощной армадой обрушились сверху на заметавшихся головоглазов. Дымная стена взрывов оконтурила лагерь, в столбы пламени врывались кинжальные лучи лазеров. А когда подоспели драконы и молнии Громовержца сумрачно осветили темнеющий воздух, битва стала всеобщей. Удар отряда пеших с Петри и Ромеро во главе, расчищавших себе дорогу гранатами и лазерами, сразу прорвал цепочку головоглазов: сбитые в кучу, они образовали каре и сражались в окружении.

Головоглазы, справившись с ошеломлением, защищались свирепо и самоотверженно, на грунт рушились пегасы и драконы, особенно досталось ангелам. Осатаневшие, они слишком быстро отделались от груза гранат и слишком понадеялись на силу крыльев: воздух, как туманом, заволокло белым и черным пухом.

Были ранены Труб и Лусин, Петри и Ромеро, легкие ранения получили Осима и Камагин, лишь Андре, сражавшийся в самой гуще схватки, не пострадал.

Я поднялся на свинцовую скалу, выпиравшую из золотых недр, чтобы осмотреть поле боя. Меня тревожили успехи: в них было много загадочного. Кругом нас сновали невидимки, грозные воины разрушителей, ни один пока не вмешался в бой ни на нашей стороне, ни против нас, – почему? Сражение было странным, я его не понимал.

Внезапно я услышал знакомый голос, раздававшийся на этот раз не внутри меня, а снаружи, тот голос, который много раз разговаривал со мной во сне, я не мог не узнать его. «Эли, помоги! – надрывался голос. – Эли, помоги!»

Я кинулся на крик и в страшном волнении уже ничего не видел, кроме места, откуда доносился призыв, и ничего не понимал, кроме того, что спешу на помощь другу, может быть, самому искреннему и самоотверженному из тех, которых мы обрели среди разрушителей.

– Эли, помоги! – все отчаянней взывал голос и вдруг оборвался.

И тут я увидел, что Труб с двумя бешеными ангелами атакует Орлана и его телохранителей. Телохранители были уже убиты, Орлан еще защищался. Кричал он! На миг меня охватила свирепая радость, когда я увидел жестокого предводителя разрушителей, отчаянно отбивавшегося от ангелов, – и это чувство, вспыхнувшее и погасшее, было последним отблеском старого моего отношения к Орлану. Под ударами крыльев Труба он упал. И в тот же миг, налетев вихрем, я рухнул на него и прикрыл своим телом. К нам с лазерами в руках бежали Ромеро и Петри.