Вопреки всему рациональному, что жило во мне, руководствуясь одним мощным импульсом, исходящим от чувств, я в один миг оказался возле висящей на уровне груди нужной пластины. Выбрав символ, напоминающий свернувшуюся перед броском змею, первым делом нажал на него, начав процесс освобождения узника.

– Зачем, зачем ты это делаешь? – попытался остановить меня Василий. – Что забыл, как его собратья напали на нас?

Нужная комбинация снова пришла ко мне со стороны, вспыхнув в голове чередой светящихся символов. Торопясь, боясь потерять нить запретных знаний, которая могла оборваться в любой момент, я принялся лихорадочно активизировать необходимую для освобождения программу. На пластине, пальцем, в строгой последовательности нажал более чем десять символов, которые при прикосновении вспыхивали каждый своим цветом.

Когда я закончил, резкий и режущий слух звук заставил меня вздрогнуть. Как будто кто-то огромный внезапно, со всей силы, ударил над моим ухом по гигантскому, наполненному жидкостью бурдюку, и эта ёмкость от соприкосновения лопнула. Звук полностью соответствовал тому, что произошло. Гигантская желеобразная «капля» – пузырь, висящая в пустоте передо мной, развалилась вдруг на части, на множество маленьких капель и потёков, которые в одно короткое мгновение собрались в определённой точке вверху и были бесшумно втянуты неизвестными силами внутрь огромного резервуара. Освобождённый же узник тяжело упал на моментально образовавшуюся из ничего прозрачную платформу в паре метрах от нас.

Я услышал тяжёлое и хриплое дыхание. Из положения лёжа на животе гоминид перекатился на бок и встал на свои четыре конечности, пытаясь отдышаться. По-прежнему движимый состраданием, я шагнул к нему и присел возле бывшего узника. Василий недоверчиво направил ствол странного оружия, которое держал в руках, в сторону освобождённого реликтового древнего предка всех современных людей:

– Поосторожней с ним, если что, я стреляю!

Палеоантроп поднял своё почти обезьянье лицо и посмотрел на меня. Тёмно-рыжие волосы, на которых не было ни малейшего следа влаги, обрамляли человекоподобные черты. Грубая тёмная кожа собралась в складки-морщины на лбу, над далеко выступающими вперёд надбровными дугами. Маленькие глаза блестели вполне разумно, но вот широкие ноздри раздувались, выдавая внутреннее волнение существа. Что он сейчас предпримет? Если гоминид сделает хоть малейшее угрожающее движение в мою сторону, Василий в тот же миг обрушит на него всю мощь инопланетных технологий. Если говорить откровенно, подобного сценария развития событий хотелось бы избежать. Не для того я его освобождал, чтобы минутой позже убить.