На миг я поверил, что Эзру Михалика наконец-то удалось загнать в угол, и мой пульс участился. Подбежав ближе, я понял, что ошибся. Это был просто другой офицер, одетый так же, как и только что разорванный мной, в такой же красной повязке и с тяжёлыми татуированными руками. В одной он сжимал сверкающий искрящийся меч, а в другой пистолет. Лицо — само воплощение вызова: прищуренные глаза, оскаленные зубы. Загнанный зверь. Вокруг кружили три последние гончие, рычали и щёлкали зубами, ища возможности наброситься. Я и не подумал прекратить эту жестокость. Круты наслаждались представлением, ну и славно. У меня своя добыча.

В стеклянном куполе не было движения. Из этого следовало, что единственным возможным местоположением Михалика остаётся здание с плоской крышей. Одинокая дверь не выглядела настолько крепкой, чтобы я не смог её выбить… но я уже учёный. В ней точно будет ловушка или внутри притаилось полдесятка хорошо вооружённых солдат. Я последовал примеру крутов и просто присел, а затем сильно оттолкнулся. Усиленные ноги костюма и вспомогательные рывковые двигатели подбросили меня вверх. Во время снижения я прижал к животу ноги и начал стрелять из импульсной пушки по кровле. Приземлившись, я вновь ударил ногами, пробил крышу и рухнул на корточки.

И открыл шквальный огонь. Импульсные разряды искрились и трещали, когда попадали в столы и кресла, разбивали компьютерные экраны, били стёкла и переворачивали деревянные ящики. Показания счётчика боезапаса на дисплее быстро уменьшались. Наконец, я остановился. Здесь никого не было. Меня окружало всевозможное разбитое электрическое научное оборудование, но быстрая сенсорная проверка показала, что внутри не было ничего живого. На миг я задумался, не было ли всё здание ловушкой, которая может взорваться и разнести споры по Киферии, а затем встроенные в доспех звукоуловители засекли что-то внизу. Я заметил в углу лестничную клетку, подошёл и осторожно взглянул через перила. Металлические ступени исчезали в подвале. Я усилил фоновый шум и разобрал отчётливый звук бегущих ног.

Ну конечно, — подумал я, спускаясь следом, — бей и беги. Вот что ты бы выбрал, Эзра. Не славный последний бой. Не почётное самоубийство. Просто сбежать и жить, чтобы сражаться потом. Не в этот раз.

У основания лестницы начинался длинный прорубленный в скале проход. Двери уводили вправо и влево. Я следовал за звуками, пробираясь через полные кроватей комнаты и большую столовую, где на тарелках стояла ещё горячая еда. В конце прохода была лишь одна дверь. Я шагнул внутрь и был встречен очередью лазерного огня. Специально установленные на боескафандр дополнительные пластины брони поглотили большую часть, но я ощутил в левом плече горячий укол боли, когда вломился в следующую комнату. На лицевой пластине вспыхнул сигнал тревоги, сообщая, что костюм пробит. Уже через секунду раздалось успокаивающее шипение, когда в кровь автоматически впрыснули болеутоляющие, и произошла местная обработка раны.