Охотник развернул свиток на столе, показывая своим собеседникам. Лист был испещрен точками разной величины и линиями, соединяющими их. Созвездия неведомого мира.

— Это карта мира снов. Одного из его фрагментов.

— Карта? — Хэл с изумлением повернулась к Мэтту, который напряженно смотрел на запутанное изображение.

Тайгер коснулся пальцем одной из самых крупных отметин — красная середина, черная окантовка.

— Это дэймос. — Он провел по черте, соединяющей ее с другой такой же точкой, поменьше. — Второй дэймос. — Перешел к следующей, чисто алой. — Мастер снов. Вот еще один. И еще. А этот путь закрыт. — Охотник указал на линию, перечеркнутую синим. — Человек, к которому он вел, мертв. Но есть обходной путь — здесь, к другому сновидящему.

— Подожди. — Хэл положила обе ладони на бумагу, разглаживая ее. — Значит, все эти точки — конкретные люди.

— Сны — эфемерны, нестабильны. Сегодня ты видишь цветущий сад — завтра пепелище. Никаких постоянных ориентиров. Мы перемещаемся в мире идей от одного реального человека к другому. От одной вещи, — Тайгер запустил руку в ближайшую банку, вынул две пуговицы и положил одну из них на свиток, — до другой вещи. — Он придвинул вторую к первой.

— Нет трофея — нет связи с человеком, — пробормотал Мэтт, и его лицо стало отрешенным. Он думал о чем-то другом.

— Да, все это знают. Если бы было иначе — власть дэймосов, впрочем, как и мастеров сна, стала бы безграничной. Мир снов делает людей беззащитными и одновременно защищает их.

— Значит, это настоящая карта, — повторила Хэл, и ее глаза заблестели. — И если знать, кто именно обозначен на ней, можно узнать, с кем он общался… контактировал…

— Это всего лишь любопытная деталь, не более, — оборвал ее размышления Тайгер. — Мы здесь не за этим.

Он оставил пыльные свитки и пошел дальше. Огляделся еще раз. Остановился возле старинного холста в пыльной раме.

Зеленоватая толща воды, пронизанная солнечными лучами, а на дне между белых камней, извивающихся лент водорослей и ярких рыб безмятежно спят люди. Дети, свернувшиеся калачиком и прижимающие к груди любимые игрушки. Старики, храп которых вырывается из приоткрытых провалов рта цепочками пузырьков. Молодые обнаженные женщины с растрепанными волосами. Мужчины с довольными улыбками. Влюбленные, обнимающие друг друга, держащиеся за руки…

Бесконечное царство спящих. Бездна, куда ныряют мастера снов, чтобы схватить жемчужины сновидения. Тайгер видел похожую интерпретацию мира идей. Только там люди лежали на глубине под толстым стеклом. Точка зрения дэймоса — видеть можно, достать нельзя. Лишь если овладеешь личной вещью спящего.