— Выйти в сон, найти того, кто был пленником твоего учителя. Сделать это аккуратно. Так, чтобы он не обнаружил твое присутствие.

— Мне известен один дэймос, с которым у Феликса было противостояние. Но он мертв.

— Ты уверен?

Мэтт промолчал.

— Правильно. Никто в достаточной мере не может быть уверен в смерти дэймоса.

— Почему ты обратился ко мне? Я сам дэймос.

— Потому что ты не сбежал, когда была возможность. Остался в Полисе. И учил эту девочку быть целителем.

Судя по выражению лица Мэтта, он не слишком понимал, на чем основывается шкала ценностей охотника, но тот не стал пояснять.

— Хорошо. Я сделаю это.

Конечно, сделает. Желание узнать все тайны учителя, который скрывал от него довольно много, очень сильно. Сильнее инстинкта самосохранения.

— Тайгер, ты знаешь, кто был наставником Феликса? — спросил Мэтт, подтверждая мысли охотника.

— Знаю. Геспер.

Пораженная Хэл широко распахнула серые глаза.

— Но Геспер — целитель! — воскликнула девушка. — Абсолютный, совершенный целитель.

Мэтт лишь невесело усмехнулся, продолжая смотреть на Тайгера:

— Я говорю о его настоящем учителе, дэймосе.

— У тебя есть карты, — Тайгер с улыбкой указал на стопку свитков. — Если разгадаешь шифр, узнаешь все имена. Впрочем, ты твердо убежден, что они тебе нужны?

Мэтт промолчал. Понял, что больше ему ничего не узнать. И не стал настаивать.

— Когда я что-нибудь раскрою, сообщу, — сказал он перековщику, аккуратно заворачивая древний осколок плоти в бумагу.

— А может быть, это трофей не Феликса, — не слишком уверенно подала голос Хэл. — А его учителя.