– Но и ирония Ему не чужда.

Извилистая дорога то взбегала на пригорок, то спускалась вниз. Поэтому Мадук тоже то отставал от них, то снова оказывался поблизости и успевал ухватить кусочек разговора. Судя по выражению лица, услышанное приводило его в ужас.

– Пайпер, ты должен понять, что пособники Бога, которые уверены, что Ему нужно время от времени помогать, повсюду, – продолжал Делари. – Быть может, даже среди телохранителей главнокомандующего.

Хект уже собрался возразить, как вдруг подумал, что слова принципата не так уж и абсурдны. Телохранителей он ведь не сам себе выбирал. Кто-то из них, несомненно, принадлежит Братству Войны. Да и Конгрегация наверняка подослала своего шпиона.

Но вслух он ничего не сказал.

– Никогда не бываем мы полностью неуязвимы, – сказал Делари, – всегда найдется червь, способный сокрушить нас.

– Даже если речь идет о вас?

– Да. Они не забыли обо мне – просто выжидают подходящего момента. И день придет.

Конечно придет. Под золой всегда тлеют угли.

Вернулся с севера Бюль Смоленс. Он нагнал основную армию и передал главнокомандующему захваченное арнгендское золото и записи, в которых подробно описывалось все, что он сделал и узнал в Вискесменте. Смоленс набрал себе еще две тысячи солдат.

В его отчете упоминалось несколько человек, которых он надеялся поймать.

Жители Вискесмента считали их артесипейцами. Эти самые артесипейцы, как и наиболее рьяные сторонники Непорочного, сбежали в Коннек, когда Смоленс подошел к городу. Многие сейчас отсиживались в Антье.

В Вискесменте загадочные артесипейцы не учиняли никаких непотребств, но местные все равно их подозревали: типы с подобными привычками просто обязаны быть злодеями.

С каждым днем Ночь становилась все беспокойнее. После наступления темноты ее создания творили разные безобразия, пусть и мелкие, – но это все равно подтачивало боевой дух. Все меньше рекрутов удавалось завербовать в ополчение Пинкусу Горту: ведь, когда, вопреки всем канонам чалдарянской веры, оказывается вдруг, что всевозможные злобные демоны совсем не выдумка, хочется оказаться от них подальше.

Впрочем, дезертиров в армии патриарха почти не было, а местные жители охотно вступали в нее, чтобы помочь очистить Коннек от еретиков.

Погода изменилась, зарядили дожди – и не просто короткие ливни, после которых можно просохнуть за пару часов, а неистовые грозы, сопровождавшиеся сильным ветром, молниями и даже иногда градом. В перерыве между ними небо оставалось затянутым тучами.

Из-за сырости приходила в негодность экипировка, одежда и сапоги, страдали солдатские ноги и копыта лошадей.