– Чует кого-то, похоже.

– Он у тебя и за собаку? – спросил Деян.

– Ну не Тюфку ж мне с собой тащить? – мечник фыркнул. – Вот Гери, когда малость заматереет…

Слухи о Гери сыне Койля успели дойти и до Гдина. Щенок был воистину подарком, достойным конунга, и обещал вырасти в совершенно выдающегося пса. Сивояра в согласии опустила подбородок, одновременно исподлобья оглядывая лес. Несмотря на предупреждение быка, ничего, напоминавшего цель, между деревьями не показалось.

Неспешное, но сотрясавшее твердь движение бронтотериев медленно вынесло местами покрытую коркой инея ракету за верхнюю границу сосняка, где не успевшую пожухнуть траву уже на пядь засыпал снег. Беседа Самбора и Вамбы перешла на будни уседомского строительства.

– А что Сеймур так на тебя взлютовал-то? – спрашивал схоласт из Винланда.

– Да корит, что печатаюсь не там и не с ним.

– Так это он всех корит, а чем особенным к тебе прикопался?

– Зачем, говорит, ты блоки задержки в Обу заказал, а не в Альдейгье? Мол, втрое дороже, и везти будут на собаках!

– И впрямь – зачем?

– Втрое дороже? Так золота-то у нас пока довольно, надо ли каждый тремис считать? Времени вот в обрез! А квенские лайки как раз побыстрее гардарской железной дороги!

– Так ты ему объяснил?

– Пробовал, без толку. Он не на меня в злобе, а на весь круг земной, что остался без совета Психофоро! – Самбор сплюнул.

– Психофоро, я слышал, редкий случай пристиг?

– В доме у себя в бане залез в горячую лохань со струями, а там крышка от насоса оказалась неплотно привинчена. Так ему уд с мотнёй и засосало в дыру! – с нескрываемой радостью сказал мечник. – Утоп, на собственном вонючем порточном змее заякоренный!

– Может, и поделом. Про него говорили…

– Что говорили, то едва одна шестая правды, может быть. Поволян первым сложил всё вместе. Одна беда – задним числом. А потом нашли фотографии. Психофорова дочь…

Самбор глянул на Сивояру и осёкся. Были предметы, которые деревенский поморянин, будь он хоть шесть дюжин раз схоласт, просто не мог обсуждать в присутствии не очень хорошо знакомой девы из города. Как только что выяснилось, заякоренный порточный змей к числу этих предметов не относился, так что дело шло о чём-то ещё хуже, по крайней мере с Самборовой точки зрения. А Пеплин был именно укреплённой деревней, даром что в одном из домов повыше имелись шпалеры на стенах и цветное стекло в окнах. То, что старостиха этой деревни собиралась к зимнему солнцевороту стать гнёвской воеводихой, дела не меняло. Вамба чутко воспринял игру глубинных течений разговора и увёл тему слегка в сторону, как раз достаточно, чтоб обогнуть «Психофорову дочь»: