— Вы ждали там прилета еще каких-нибудь самолетов? — спросил я, указывая на долину, которую только что покинул.

— Да, еще нескольких, для смены контингента. Должен вам заметить, что вы довольно дорого обходитесь Девяти.

— Для них не существует цены. Подождите меня здесь. Я скоро вернусь.

Я пошел за графиней. Во время ужина, которым мы занялись, вернувшись с Кларой на поляну, разговор продолжился, напряженный и нервный, полный скрытого внутреннего сопротивления. Муртаг, правда, несколько раз пытался поставить мой авторитет под сомнение. Было видно, что он никак не может примириться с мыслью, что уже не он командует операцией. Мне приходилось осаживать его и ставить на место. Но, щадя его самолюбие, я принял некоторые из его предложений. Впрочем, вполне толковые.

Ночь уже была в полном разгаре, когда все наконец стали устраиваться на отдых. Я бы мог вновь вернуться с Кларой в лес, чтобы быть абсолютно уверенным, что никто не набросится на нас во время сна, но боялся, что мои только что обретенные союзники расценят мой жест как бестактный и обидный. Лучше было быть готовым расторгнуть наш договор при малейшем признаке предательства, чем открыто показывать им, что я считаю их отношение ко мне подобным тому, как действует леопард, затаившийся в тени и поджидающий, когда я окажусь на расстоянии его прыжка.

Несмотря на усталость во всем теле, я долго не мог заснуть. Быть может, из-за Дика. Я все еще не знал, что мне с ним делать. Нечего было и думать забрать его с нами в Англию. Обритый, одетый и избавленный от клыков, он все равно не станет незаметным и лишь привлечет к себе, а значит, к нам, излишнее внимание со стороны окружающих. А я не мог себе этого позволить. Оставить его в джунглях — означало обречь его на голодную смерть или на сумасшествие от одиночества. Будь у меня достаточно времени, я научил бы его охотиться, строить хижины, в которых он мог бы прятаться от холода и сырости, особенно в период дождей. Самка, которую я видел около года тому назад, быть может, все еще бродила в предгорьях Уганды. Мы могли бы найти ее, и у Дика тогда появилась бы подруга. И, кто знает, это послужило бы, быть может, началом рождения нового Племени.

Но все это было напрасными мечтаниями, и я это прекрасно понимал. Привычки Дика питаться определенной пищей, увы, были уже неисправимы. Он никогда не сможет адаптироваться к меню, которое джунгли могут предложить ему: сочные личинки, различные грызуны, птичьи яйца, орехи, ягоды и сырое мясо, не все всегда первой свежести, к тому же под влажным и часто холодным пологом леса он часто будет подхватывать простуды, что закончится когда-нибудь тяжелой пневмонией и смертью. Можно было бы переместить его ближе к побережью, в Габон, например, где места посуше и лес пореже, но, боюсь, на это не согласилась бы его самка.