Аудиторе вместе с Макиавелли бросились к пушкам.

Несколько артиллеристов были убиты стрелами. Та же участь постигла капитана и лейтенанта. Стонали раненые. Уцелевшие солдаты пытались опустить стволы тяжелых пушек, направляя их на скопление вражеских солдат внизу. Наемники получили не только заметное людское подкрепление: по улицам катили осадные башни и катапульты, а под стены цитадели приволокли тяжелый таран. Эцио понимал: какой бы неприступной ни была цитадель, осаду с нескольких сторон ей не выдержать. Пока что единственным их преимуществом была артиллерия. Значит, надо стрелять, и как можно скорее. Однако цели находились не на окрестных холмах, а внутри городских стен. Погибнут не только наемники, но и ни в чем не повинные жители. Оставив Никколо командовать артиллеристами, Эцио побежал искать Катерину. Последнее слово должно быть за ней.

– Их много. Слишком много. У них – осадные башни и катапульты. Но чтобы сдержать их натиск, мы должны стрелять прямо по улицам.

Взгляд Катерины поразил его ледяным спокойствием.

– Стреляйте, если иного выхода нет, – сказал она.

Аудиторе задрал голову. Макиавелли стоял на парапете, ожидая сигнала. Молодой ассасин решительно махнул рукой.

Он поднимался на парапет, когда грянул первый выстрел. Среди артиллеристов были опытные солдаты, знавшие, откуда начинать обстрел. Вскоре пушечное ядро разнесло первую осадную башню, затем вторую. Та же участь постигла катапульты. Узкие улочки Форли не годились для маневров. После нескольких пушечных выстрелов лучники и арбалетчики Катерины повели прицельную стрельбу по наемникам, еще остававшимся в городе. Враг отступал, и вскоре солдаты Сфорцы завладели парапетами городских стен. Не обошлось без жертв. Несколько домов превратились в дымящиеся развалины, под которыми погибли мирные жители. И победа, по меткому выражению Макиавелли, была больше похожа на временную передышку. Форли по-прежнему был окружен наемниками Орси и отрезан от поставок провизии и воды.

Вскоре Катерина, Никколо и Эцио поднялись на парапет внешней стены, чтобы самим оценить обстановку. Соотношение сил было не в пользу городского гарнизона. Жители Форли как могли наводили порядок на улицах. Особых запасов пищи, а тем более воды, в городе не было, и все это знали. Осунувшаяся, измученная Катерина думала только о своих детях – девятилетней Бьянке и восьмилетнем Оттавиано.

Братья Орси, которых до сих пор никто не видел, появились в тот же день. Во вражеском лагере пронзительно запела труба. Войско наемников расступилось, пропуская двоих всадников на гнедых лошадях. На обоих были кольчуги. Рядом ехали пажи, везя гербовой щит с изображением медведя и куста. Процессия приблизилась к стенам на расстояние арбалетного выстрела.