Айвен решил, что это было, пожалуй, лучшее зрелище, лучшее развлечение за все время, что он пробыл здесь, на Кур-Ити-Ати.

После этого девушка выходила часто (бывало, что и по три раза в день) и купалась, заплывая далеко от берега. Острота, свежесть первого впечатления стерлись, но все равно смотреть на нее и за ней было приятно. Намного проще и интереснее, чем за Стариком.

А вот хозяйка девушки по-прежнему не показывалась. Наверно, все еще отходила от болезни. Жалко ее, ведь скоро должен был начаться большой, светлый и радостный праздник, День Поражения и Преображения. Все островки курортного архипелага заботливо к нему приукрашивались, причем не только объемными инсталляциями, но и живыми цветами, праздничными лентами и ленточками. От ветра с океана, то легкого, а то и посильнее, все это (ну то есть все, кроме голограммпроекций) качалось, шуршало и позвякивало, создавая удивительное праздничное настроение. И музыка, не тихая, не громкая, а именно такая, чтобы не мешала, входила в душу.

Но соседка Старика все не выходила.

* * *

Дня за три-четыре до Дня Поражения Старик попросил Айвена сходить (или сплавать, как ему удобнее) на остров соседки, узнать, как у нее дела. Это было очень странно и неправильно. Понятно, что идти тут недалеко – по лучевой дорожке на главный остров архипелага, а оттуда по такой же дорожке – на остров соседки. А уж на катере, переведя его в тихоходный режим, – вообще минутное дело. Но ведь связаться по Сети – еще быстрее. Точно так же можно все узнать, все выспросить, да еще и иметь изображение плюс голос, почти живой. А Старик послал его с личным визитом, как делали, наверно, тысячелетия назад.

Но, с другой стороны, если задуматься, то это было в духе Кур-Ити-Ати, на котором, в отличие от остальной Земли, вообще было много настоящих вещей и настоящего живого общения, а не проекций. Здесь, конечно, не отказывались от техники, но, кажется, поставили цель уменьшить ее присутствие, давление. Вернуть в существование человека что-то древнее, природное. Продукты здесь тоже были настоящие, с сильным, насыщенным вкусом, к которому поначалу трудно привыкнуть, но зато, когда уж привыкнешь, отвыкать не хочется.

Ну и слежение… На большой земле поговаривали, что слежение идет везде, за всем и за всеми. Это было правильно, поскольку все знают, какими хрупкими были раньше на планете Мир и Порядок. И только сейчас, когда Земля объединилась под мудрым руководством Оккупационного Правительства, удалось избавиться от тысячелетних войн, от глупого нерасчетливого расходования ресурсов. Ну, разве можно рисковать такими достижениями? И ребенок ответит, что нельзя…