Командир прервал разговор, взвесил на руке телефон, словно прикидывал – не забросить ли его куда-нибудь подальше. Это ведь его брат, Лёшка. Младший брат. Ведь сколько раз просили его оставить этот проклятый мотоцикл. И что теперь?

Командир посмотрел на телефон. Отключил его. Сел на припорошенную снегом скамейку, телефон положил рядом с собой.

– Ты только возишь груз, – сказал Командир. – Всего лишь возишь груз.

Сейчас нужно прийти в себя и заняться похоронами Лёшки. Еще вчера он был жив. Еще несколько часов назад он был жив, а сейчас… Сейчас Командир должен выть, понимая, что случилось непоправимое, что его брат, его Лёшка… А он вместо этого… вместе с этим, вдруг начинает думать: а что, если… А что, если ему предложат? Не задыхается от вопиющей несправедливости произошедшего… нет, задыхается, сердце вот что-то сдавило, и в голове шумит, но где-то там, глубоко… копошится мысль, отравляя все вокруг…

Командир снова посмотрел на телефон. Жена, наверное, пытается дозвониться. Вначале подумала, что связь просто прервалась, а потом… Ему предстоит тяжелый разговор.

Нужно включить телефон. Ничего ведь не случилось. И ничего не может произойти… он примет решение.

Два неотвеченных вызова. Один – жены. Второй – незнакомый номер.

Быстро они реагируют.

Телефон подал голос. Снова звонок с того самого незнакомого номера. Командир взял телефон в руку. Наверное, он надеялся, что звонок прекратится сам собой, но телефон не умолкал.

«Такие дела, Командир. Это ведь так просто – выбрать одно из двух. Так просто.

И если ты задумался над выбором – значит, ты уже признал возможность выбора. А может, ты уже выбрал?»

Игорь Прососов Еще один чудесный день

Игорь Прососов

Еще один чудесный день

Начинался еще один чудесный день.

Майское солнышко взошло над домами и улицами. Ленивые зайчики – медлительные, жирные – проникли в комнату, обшарили столы, диван и кресло. Тихонько посмеиваясь, плеснули светом сквозь прикрытые веки.

Василий сквозь сон потянулся и перевернулся с боку на бок. Проснулся. Спрыгнул с дивана, зевнул сладко.

Поднял трубой рыжий, ярче зайчиков-разбойников, хвост, хлопнул толстой лапой по полу и ворчливо уркнул – ужо вам, злыдни! Заиграетесь – будет вам. Это я просто сейчас ленивый, а так… Всех переловлю, поганцев.

Прошел в коридор, с интересом взглянув на человечьи тапки. Нет, вроде вчера особо не безобразили, наказывать не за что, но иногда так приятно…

Ладно, помилованы. Больно день приятный.