Может, тем, что мы не знаем – что именно там происходит? Именно эта неопределенность нас злит и пугает? Если бы Братья сказали, что извлекают из тел наших покойников органы, восстанавливают их и пересаживают своим больным – мы бы даже испытывали чувство гордости. Даже если бы они перерабатывали тела на лекарства – мы бы тоже не испугались. Это было бы понятно. И за эту понятность мы могли бы себя простить…

Свет в салоне мигнул и погас.

Погасли мониторы. Только надписи, сделанные люминесцентными красками именно на такие случаи, светились в кромешной темноте.

«Выход», «Запасный выход», «Аптечка», «НЗ» и еще масса значков и пометок.

– Что это? – спросил хриплым голосом Чудак.

– Приехали, – сказал Лунев.

– Что значит – приехали? – Толстый испугался и не собирался своего испуга скрывать.

– Значит, что ваша остановка, – сказал Лунев. – Прибыли в точку.

– И нам выходить? – спросил Пацан.

– Всенепременно. Передайте привет Братьям.

– Внимание, прошу сохранять спокойствие, – сказал Командир. – Сейчас будет хлопок. Сработают камеры, в которых мы привезли тела.

Это было больше похоже на выдох, чем на хлопок. Кто-то долго сдерживал дыхание, а потом – выдохнул. Со всхлипом.

Давление в салоне резко упало, в ушах у Командира болезненно щелкнуло – Братья не проявляли особой заботы о пассажирах и экипажах, открывая двери спецмашины.

– На выход, – скомандовал Командир.

– А что там? – спросил Кролик.

– Не знаю. Посмотрите.

– А если я не выйду?

– Это обязательное условие, для проверки. Иначе теряете свое вознаграждение. А тело обратно не получаете.

– Суки, – тихо сказал Толстый, щелкая замком ремня безопасности. – Пойдемте, что ли?

– Иди первым, – приказал Пацан.