Таких бутылей-ловушек Колян приготовил полторы с лишним сотни – трудился всю зиму, не покладая рук, и весь год неутомимо заготавливал сырье на окрестных мусорках.

Полторы сотни ловушек – это много. В удачные дни улов может исчисляться десятками килограммов, а в особо удачные – центнерами. Колян предвкушал удачный бизнес и с нетерпением ждал весны.

Рыболовные правила, разумеется, запрещали весеннюю ловлю миноги, но Колян относился к этому документу без малейшего почтения. В конце концов не чиновники Рыбводхоза выкопали реки и запустили в них рыб – не им и запрещать.

Весна пришла, и все было готово: двадцать контрольных ловушек расставлены в укромных местах речки Мги, а остальные, чтобы зря не протирались о дно, лежат частью в машине Коляна, частью в его же сарае и поджидают ход миноги…

В тот день попался первый трофей, первые шесть миног. Пришла пора выставлять все снасти без остатка, вот-вот деликатесная рыба повалит валом.

Тут-то его и повязали.

Едва он вылез из воды и подошел к своей развалюхе, даже не успел снять резиновый рыболовный костюм, – резво подкатила машина, таившаяся в отдалении за кустами. Двое в штатском сунули под нос корочки: полиция, отдел борьбы с экономическими преступлениями. Чем вы тут, гражданин, занимаетесь?

Колян изумился. С Рыбнадзором он давно научился жить не то чтобы мирно, но в состоянии вооруженного нейтралитета: знал, где и когда проводятся рейды, и судьбу не дразнил, на реке в те дни не появлялся. А тут с бухты-барахты экономическая полиция…

Штатские давили: а что у вас в садке? Что в салоне машины? Предъявите документики, гражданин, подозреваем вас, дескать, в совершении преступления, предусмотренного статьей двести пятьдесят шесть УК Российской Федерации.

Документы Колян предъявить не смог за их отсутствием – паспорт с собой не носил, водительские же права отобрали за пьянку год назад, но чтобы кататься по здешним проселкам, права не нужны. А с названной статьей он был знаком, предусматривала она громадный штраф или исправительные работы. Ладно хоть попался сегодня, а не пару дней спустя с хорошим уловом, – за каждый пойманный хвост миноги ущерба начисляют ни много, ни мало – пятьсот рубликов. Отпираться и твердить, что гулял берегом и нашел садок, не имело смысла: салон машины забит ловушками, которые надлежало выставить при появлении первых миног-разведчиц.

Судя по дурацким вопросам, в рыбном промысле смыслили полицаи мало. Вообще ничего не смыслили. Небось катили мимо проселочной дорогой по другим делам и на беду заметили машину Коляна: ну и решили раскрыть мимоходом экономическое преступление, лишняя галочка в отчете, лишний червонец к премии… Гниды.