— Во-первых, не знала, могли бы предупредить. И сам-то ты тоже морочил ему голову!
— Мои мысли не прочитаешь. Есть приемы защиты, есть также приемы умственного камуфляжа… Пока не научилась, помалкивай.
Ола проглотила обиду. Спустя примерно полчаса, когда солнце поднялось выше и выбралось из перламутровой зыбучки на простор лазурных небес, она предприняла еще одну попытку завязать беседу:
— Будешь драться на дуэли?
— С кем? — спросил Реджи сквозь зубы.
— С этим парнем, Францем.
— Еще чего… Он сегодня же сляжет с лихорадкой, а когда очнется, уже не вспомнит ни о каких снах и претензиях. Не лезь не в свое дело.
Лучше не развивать эту тему. Ола догадалась, с чего он такой злющий: видимо, переживает из-за допущенной ошибки. Франц ведь сказал: «ты дал промашку». Задетое самолюбие — это серьезно.
— А почему они от скуриллы шарахались?
— Она плюется жгучей слизью.
— То-то все трое были в перчатках… У них так полагается по правилам?
На это Реджи ничего не ответил и весь остаток пути хранил неприязненное молчание.
Пункт назначения — городок Пахта на западной окраине Манары. Там есть станция зверопоездов, можно сесть на проходящий до острова Хибина.
— Это вам по дорожке, — ворковала Текуса. — Слезете, не доезжаючи, а дальше прямиком через Лес.
— По Лесу гулять пешком опасно, — засомневалась Ола, вспомнив брошюры для туристов, живописующие лесные ужасы.
— С этим бандитом можно, — старуха махнула сухой коричневой рукой. — Он к лесной магии способный — как его мать, как я, как ты, и обучен уже многому. Главное, в Лесу во всем его слушай и не своевольничай.
Скудно освещенный вонючий зал с растрескавшимся бетонным полом. Плакаты на беленных известкой стенах гласили: