Она собралась ударить ножом, но тварь быстро переставила одну лапу, прижав ее руку к полу. Лавиани готова была поклясться, что существо усмехается.

– Откуда я тебя знаю? – спросил скрипучий голос, и ей пришлось повернуть голову, скосить глаза, чтобы увидеть человека, стоявшего возле окна, на фоне далекого ярко-синего зарева.

Лапа на груди чуть приподнялась, давая ей возможность ответить:

– Мильвио убьет тебя за это!

– Хм… и ты знаешь, кто я… Нет. Не убьет. Когда сделаю, что задумал, и он поймет, что я прав.

– А Нэ прикончит за мальчика.

– Вот здесь ты куда ближе к истине, – с задумчивой печалью произнес Кар. – Проще обняться с ежом, чем выдержать ее гнев. Так откуда я тебя знаю? Где мы встречались?

– В первый раз тебя вижу, ублюдок!

Он присел перед ней на корточки, размышляя. Заметил нож. Потянул за лезвие, но она не разжала пальцы, и тогда зверь сильнее надавил лапой на ее предплечье. Она сопротивлялась еще несколько секунд, рыча, пока не поняла, что еще немного и у нее треснут кости.

– Нож Родриго? Ну надо же!

Кар цепко взглянул на нее и неожиданно улыбнулся с приветливостью людоеда, в ловушку которого попала очередная жертва.

– А ты постарела.

– Пошел ты!

– Удивительно. Сойка…

Тварь негромко рыкнула.

– Ничтожный противник для такого, как ты, – кивнул Кар зверю. И снова повернулся к Лавиани:

– …С какого кладбища тебя выкопал Войс? Бретто был без ума от той соплячки. Так вот кому он отдал клинок… Анселмо пришел в ярость, лишившись его.

Кар равнодушно бросил нож обратно на пол.

– Довольно забавно, что утрата железки послужила последней каплей, чтобы нынешний герцог решился действовать. Ведь ты понимаешь, о чем я говорю? Ты предупредила тогда Бретто, и с этим он пришел ко мне. Но из него вышел бы плохой правитель. Треттини нужна крепкая рука.

– Да плевать мне!