Ди прерывисто задышала, но продолжала хранить молчание. Затем чертог наполнился звуками тяжелого дыхания и хлопками бедер владыки об ее ягодицы.

Второй поток сознания, огороженный от возможного вторжения, бесстрастно анализировал случившееся. Мизан был не оригинален. Она поступила бы так же. Нарушенное душевное спокойствие требовало разрядки. Потраченные силы — восстановления. Ди прекрасно знала, что последует потом — оргия.

Малый гарем повелителя, обворожительные скубы и женственные демоницы, не утруждавшие себя изучением магии или искусства боя, предпочитавшие брать другим, всегда были готовы помочь Мизану справиться с искушениями.

Ей следовало позаботиться о наемнике. Теперь желание правильно использовать его талант стало еще больше…

13

13

Телега, на которой везли Евлампия и еще троих неудачливых служителей Единого, тряслась по разбитой колее немилосердно. Легионеры особо не торопились. И поэтому, едва преодолев четверть дневного перехода, маленький отряд расположился для отдыха и обеда. Пленников так и оставили на телеге со связанными руками. Один из воинов, очевидно, самый невезучий был определен охранять пленников. Остальные, спешившись и стреножив коней, уселись в кружок перед костром, над котором уже витали аппетитные запахи.

Плотно перекусив, легионеры, было уже, собрались продолжить путь, как вдруг навстречу им пронеслась целая сотня стремительных кавалеристов.

Затем едва пыль улеглась, вновь пылевое облако известило, что по дороге скачут всадники. Только теперь это были гонцы.

Один из них сжалившись, притормозил и ввел легионеров в курс дела. Отступление. Поражение. Флот. Евлампий смог четко выделить только эти три слова и радостно откинулся обратно на телегу. Уже мысленно примеряя свои дальнейшие действия. Но тут в неспешное течение его мыслей вмешался господин случай. Вновь заклубилась дорога и очередная конная сотня сопровождавшая обоз — целых сорок телег чуть притормозила перед легионерами.

— Я забираю эту телегу. Вывезти раненых. — Встречный сотник был хмур и мало разговорчив. У старшего патруля поймавшего Евлампия был только один вопрос: «Что делать с пленными?»

На что сотник еще лаконичней провел большим пальцем правой руки себе по горлу. Оба имперца синхронно повернули головы в сторону злосчастной телеги, и каждый подумал о своем. Сотник думал, как ему все это опостылело — мотаться по чертовой степи, реквизируя весь попадавшийся на его пути гужевой транспорт. А дома его ждала молодая, а значит, возможно, не очень верная жена. Все это окончательно выводило из себя бывалого ветерана.