Флагман азанни — опорный рейдер крыла — мог находиться где угодно. Понятно, что не на одной из планет — для посадки приспособлены корабли не крупнее стратегического малого крейсера. Но флагман явно и не за пределами системы.

Скади впервые порадовалась знаниям, полученным в Академии, а заодно убедилась, что за шесть лет ничего не успело выветриться из памяти.

Разобраться с управлением сингулярниками оказалось несложно. «Карандаш» ускорился и ринулся к центру системы. К ближайшей из обитаемых планет.

Наскоро Скади прикинула время задержки радиопереговоров: на таком расстоянии от Багуты она должна была составить около получаса. Осталось найти дежурную волну любого космодрома и попытаться выяснить местонахождение флагмана. Конечно, это будет очень странно выглядеть: крохотная гражданская яхта с единственным человеком на борту, и человек этот стремится отыскать опорный рейдер крыла азанни. Слишком уж нетипичный случай, могут заинтересоваться мотивами. А здесь, в секторах, где хозяйничают чужие, людей не слишком жалуют. Могут вообразить, будто «Карандаш» обладает какой-нибудь ценной информацией. Слопают и не поморщатся, это всегда было в нравах и традициях союзников-галактов. А значит, нужно вести себя естественно и рейдер вычислять не лобовыми расспросами, а косвенными методами, потихоньку и ненавязчиво.

Скади прикидывала, о чем можно запросить диспетчерскую в первую очередь? Просить дозаправки? Накопители у нее заполнены больше чем наполовину. Впрочем, можно. Сымитировать неисправность? Но тогда логичнее тянуть к орбитальным базам Багуты-2 или Багуты-3, а не к военным-азанни, болтающимся неизвестно где. По своему опыту Скади знала — больше всего космодромный люд настораживается при неестественном поведении гостей-астронавтов. Независимо от размера корабля: и одноместную яхту можно таким дерьмом начинить, бабахнет — от Багуты-звезды даже водорода не останется. Только внезапно оборванные логи мгновенной связи на космодромах ближайших населенных систем.

Тихий, но отчетливый звук наложился на чье-то эфирное бормотание — сработал сегментный люк. Открылся. Сначала рубочный, потом внешний. На Скади будто ведро ледяной воды вылили. Плохо соображая, что делает, она опрокинулась из кресла вбок, через подлокотник, больно ударившись коленкой о край пульта. В падении она сдернула с пояса бласт и упала так, чтобы ствол оказался обращенным к открывшемуся твиндеку.

Перепонка действительно была отворена, во всю ширь. Втянута в узенькие межпереборочные пазы. Гофрированная кишка твиндека отлично просматривалась — Скади ясно различала внешний сегментный люк грузовых отсеков. Там перепонка оставалась сомкнутой — ошибиться невозможно.