Она стискивает мою руку.

Бледный тоненький месяц льет свет на постройки, от чего они выглядят чистыми и мягкими. «Источник» огромен: зарытый глубоко в землю брат «Трубоукладчика-90». Где-то внутри находится огромная емкость с ФОКСом, пополняемая из фабрики в сотне ярдов к западу. (Я больше не могу думать о ФОКСе без содрогания. Были времена, когда мысли о нем грели мне душу, теперь от них мутит.) Из станции гигантским червем вылезает Труба и тут же ныряет в холм. Наша первая остановка будет рядом с главным командным пунктом в двух зданиях отсюда (он похож на обувную коробку – по периметру даже есть обод). Я смотрю на Сэмюэля П., и тот кивает, начиная беззвучный отсчет. Смотрю на Элизабет – она широко улыбается и с виноватым видом убирает руку. Я моментально начинаю скучать.

Ночь взрывается.

Пригнувшись, бегу к цели. Колоколов здесь нет, но отовсюду раздаются свисты и крики; где-то начинается стрельба, потом б-бум! «Сердце Джоргмунда» в огне. Ха! Мстить приятно. Я бегу зигзагом, как Бен Карсвилль, и Элизабет с Сэмом бегут зигзагом по сторонам от меня. Мы – медуза, неясная тень. Мы незримы. Тут кто-то выпускает сигнальную ракету, и становится светло, как днем. Катастрофа. Мы как на ладони, пытаемся укрыться за кустиком размером с телевизор. Готовлюсь к стрекоту автоматов и боли. По милости Гонзо я теперь знаю, каково это – получить пулю. И я уже достаточно настоящий, чтобы умереть. Жаль, не успел накормить Элизабет брускеттой. «Прошу тебя, Господи. Помидоры, базилик и побольше зеленого оливкового масла!»

Ничего не происходит. То ли нас никто не заметил, то ли они такие тупые, то ли яркий свет ослепил всех. Может, нас спасли костюмы ниндзя. Неважно – главное, мы выжили.

Сражение сдвигается прочь от главных ворот и от нас, затем следует повторная атака. Раздается грохот, веселое «ПРИВЕТИК!» и испуганная, недружная пальба; из табакерки выскочил первый черт, и охрана начала понимать, что вечерок выдался странный. Вновь взлетает сигнальная ракета, и среди деревьев я различаю болтающуюся из стороны в сторону куклу – через секунду ее взрывают гранатой. Поднимаются крики: так кричат не от серьезных травм, а от страха и боли. Чили полетел по ветру. Где-то в лесу Ронни Чжан с размаху пинает врагов по неприличным местам, а К науськивает гусей.

У меня в голове отпечаталась карта из папки Гумберта Пистла. Вот ангар № 1, здесь хранят запчасти. Проходя мимо, я пинком распахиваю дверь. Это часть плана: пробраться внутрь незамеченными нам не удастся, так пусть сработают все сигнализации разом. Если не можешь действовать тихо, спрячься в обилии звука. Заглядываю в дверь: и впрямь, запчасти. Пока все идет как надо.