– Это уже после того, как вознесся Гармония. Ты точно не перепутал даты?

– Конечно не перепутал. Но если желаешь, чтобы я пересмотрел свою уверенность, чтобы…

– Нет, – перебил Ваксиллиум. – Просто говори правду.

Аллик со вздохом закатил глаза – странное выражение эмоций для того, кто носит маску.

– Боги, – прошептал он, обращаясь к Мараси, – весьма темпераментны. Как бы там ни было, Суверен появился примерно через десять лет после того, как произошла Ледяная Смерть, ага? Дурацкое наименование, но надо же как-то называть это событие. Земля была красива и тепла, а потом она замерзла.

Мараси посмотрела на Ваксиллиума, хмурясь. Тот пожал плечами и сказал:

– Замерзла? Не припоминаю, чтобы слышал о замерзании.

– Она и сейчас замерзшая! – Аллик поежился. – У вас здесь это тоже случилось, должно было случиться. Более трех веков назад нагрянула Ледяная Смерть.

– Пепельный Катаклизм, – поправил Ваксиллиум. – Гармония переделал мир. Спас его.

– Заморозил! – качая головой, возразил Аллик. – Земля была уютной и теплой, а теперь она суровая, изломанная и мерзлая.

– Гармония… – прошептала Мараси. – Аллик – с юга, Ваксиллиум. Ты разве не читал старые книги? Жители Последней Империи никогда там не бывали. Предположительно – вблизи от экватора океаны кипели.

– Те, кто жил далеко на юге, адаптировались, – тихонько проговорил Ваксиллиум. – У них не было Пепельных гор, чтобы наполнить небо пеплом и охладить землю…

– Ну так вот, едва не случился конец света, – продолжал рассказывать Аллик. – А потом пришел Суверен и спас нас. Обучил нас этому. – Он жестом указал на медальон на своей руке и после некоторой паузы добавил: – Ну, не конкретно этому. Вот этому. – Он сунул руку в углубление на панели и извлек другой медальон, который носил раньше, – тот, что достал из сейфа в ангаре. Надел его вместо того, что отвечал за язык, и вздохнул с явным удовольствием.

Наблюдавшая за ним Мараси потянулась к его руке, и Аллик кивнул, разрешая.

Очень быстро его кожа потеплела. Мараси повернулась к Ваксиллиуму:

– Тепло. Этот медальон сохраняет тепло. Это ферухимическое свойство, верно?

– Самое что ни на есть исконное. В древности мои террисийские предки обитали в высокогорьях и часто путешествовали через заваленные снегом горные перевалы. Способность сохранять тепло, а потом пользоваться им позволила им выжить там, где этого не смог бы сделать никто другой.

Некоторое время Аллик сидел, наслаждаясь теплом, потом с явной неохотой снял медальон и быстро надел вместо него тот, который каким-то образом позволял ему говорить на чужом языке.