Светлый фон

– Я притворюсь, будто не слышал, как ты только что сравнила меня с… моряком низкого корабля, мисс Мараси.

– Э-э-э…

– Если хочешь летать, нужно быть куда более необычным человеком, чем простой моряк. От нас ожидают, что мы будем джентльменами и леди. Мы швыряли людей за борт только за то, что они не знали нужных танцевальных па.

– Серьезно?

– Ага, серьезно. – Аллик помедлил. – Ну ладно, для первого раза мы привязали веревку к его ноге. – Он сделал жест, который, как она начала понимать, означал что-то вроде улыбки или смеха. – Он плясал под килем «Бранстелла» добрых пять минут и ругательствами призвал бурю. Зато больше не делал ошибок, танцуя баковый тристеп! И Свел всегда говорил ему…

Аллик осекся и притих.

– И? – подбодрила его Мараси.

– Извини. Его маска… ну, маска Свела. На стене…

«Ох!..»

Разговор увял; Аллик уставился вперед, потом внес несколько поправок в курс скиммера. Снаружи было темно, не считая редких огоньков размером с булавочные уколы, – это были города, теперь оставшиеся далеко слева от них. Сначала они обогнули хребет Серан, но примерно полчаса назад Аллик сменил курс и повел скиммер в горы. Теперь они летели над пиками на куда большей высоте, чем над Бассейном.

– Аллик. – Мараси взяла его за руку. – Мне жаль.

Он не ответил. И потому она нерешительно – полностью осознавая, что делает, скорее всего, нечто запретное, – приподняла его маску. Аллик не сопротивлялся, и Мараси увидела, что по щекам его стекают слезы.

– Я никогда их больше не увижу. «Бранстелл» потерпел крушение, мне на нем больше не служить. Проклятье, я ведь и свой родной дом больше не увижу, да?

– Конечно увидишь. Ты можешь туда полететь.

– «Вильг» не продержится долго на камне, который у меня есть, – возразил Аллик, вытирая сначала одну, потом другую щеку.

– Камень? – не поняла Мараси.

– Горючее. А ты что же, думала, «Вильг» летает, питаясь облаками и мечтами?

– Я думала, он летает благодаря алломантии.

– Алломантия толкает импеллеры. Но поддерживает ее эттметалл.

– По-моему, это слово тоже не перевелось, – заметила Мараси, нахмурившись.