Еще один сложный вопрос.

– Я… честно говоря, я не знаю, – призналась Мараси. – Но можно сказать, что у нас столько же прав на них, сколько и у вас, – ведь тот, кто их создал, был нашим правителем.

– Правителем, которого вы убили, – заметил Аллик. – Но давай не будем об этом спорить, ага? Сначала найдем, что найдем, а потом решим, как быть. – Он поколебался. – Я должен тебе кое-что сказать, мисс Мараси. Возможно, мы найдем вместо храма всего лишь руины.

Она нахмурилась, поерзала на сиденье, жалея, что его маска уже не поднята и невозможно увидеть его настоящих чувств.

– Что ты имеешь в виду?

– Я рассказал тебе о тех, кто прибыл сюда в поисках храма.

– Об Охотниках? – уточнила Мараси.

Аллик кивнул:

– Они были воинами во времена до замерзания. Теперь они охотятся за ответом на вопрос, что с нами произошло, и за секретами, позволяющими предотвратить это в будущем. Мисс Мараси, я многих из них знал, и они бывают хорошими людьми – но очень-очень суровыми. Они верят, что Браслеты Скорби нам оставили в виде испытания, однако его суть противоположна той, которую предполагаем все мы. Они думают, Суверен хотел проверить, возьмем ли мы силу, которую брать не должны. И потому…

– Что? – с тревогой спросила Мараси.

– Их корабль… тот, что первым здесь побывал. Он нес бомбы – большие, сделанные из эттметалла. Предназначенные для уничтожения Браслетов Скорби. Говорят, у них ничего не вышло. Но случиться могло что угодно. Говорят, в том месте, где расположен храм, царит самый лютый холод в мире. Для моего народа там опасно. – Аллик заметно вздрогнул и с тоской взглянул на медальон, который лежал перед ним на приборной панели.

– Давай, – подбодрила Мараси, – надень его.

Они уже несколько раз прерывали разговор, чтобы Аллик мог согреться при помощи ферухимического устройства. Мараси и сама надела такой браслет, ей было уютно и тепло – хотя на такой высоте воздух, скорее всего, был ледяным.

Аллик откинулся на спинку кресла, и Мараси из любопытства взяла медальон связи, который он отложил. Повертела в руках… Извилистые линии в центре делили его на части из трех разных металлов. Железо – для веса, дюралюминий – для связи, и самое важное – никросил, который и наделял возможностью черпать силу из металлов.

Мараси достаточно разбиралась в металлической теории, чтобы опознать металлы, но связь… каким образом это происходило? Что именно позволяло говорить на другом языке? А если…

Мараси знала, что делает глупость, но все же сняла свой медальон. Скиммер словно ухнул в яму. Тихонько взвизгнув от страха, Мараси быстро надела медальон, отвечающий за вес и связь, снова сделав себя легкой. И покраснела, когда Ваксиллиум, выхватив пистолет, вскочил и начал озираться, пытаясь понять, что вызвало рывок. Выходит, он не спал, а подслушивал…