– Что будете делать, если договора не будет? – Неужели этот вопрос задал я?

– Как? – Богдан думает быстрее остальных.

– Совсем! Если никто из нас не понравится Хозяину?

– А вы вернитесь сначала. – Одинцовский осмелел и говорил чуть ли не дерзко. – Хозяин того из вас, кто не по нраву ему будет, может того… Не отпустить!

– И будет ему жертва! А говорить с ним как? – Голос Андрея дрожит. – Он по-человечьи разумеет?

– Если оборотень, то разумеет. Наверное.

Мне кажется, что шляхтич, батюшка и дядька сейчас на одной стороне, смотрят на нас, Дмитриевичей, с пренебрежением и вызовом. Но Одинцовский продолжает:

– Есть еще одна проблема. Время! Боярин не дурак и к полнолунию вернется. Если хоругвь будет конная.

Теперь только костер трещит.

– А можно… – начинает Анна и тут же смущенно умолкает.

– Что?

Мне кажется, что сейчас она скажет важное.

– Можно мне тоже? Пойти с вами. А вдруг Хозяин леса со мной захочет договориться?

– По праву крови, – густым басом произносит Василий.

Мне становится смешно.

– Забыл сказать вам, братья, Анна Иоанновна – законная жена моя. Она теперь тоже Друцкая. Отец Даниил обвенчал нас.

– Да, – подтверждает батюшка, – вот в этом самом храме.

– Выходит, ты, Юрок, вперед нас всех поспел, – говорит Богдан.

– И что, ты ею готов пожертвовать? Если я прав и Хозяину в самом деле нужна жертва. – Андрей возвращается к прежней мысли.

– В самом деле, Анна, ты ж тогда чуть не погибла! – увещеваю я.