– Стой!

Стрелять я не умел, но Зеленый Фонарь об этом не знал.

Минуту мы стояли, остолбенев, потом он моргнул, и по глазам ударила вспышка. Грохнуло, запахло паленым.

Когда я смог видеть, зал уже опустел.

«Какого?» – пронеслось в мыслях. Страх пришел позже. Я запер дверь на щеколду и крепче сжал ружье. Хотелось убежать.

«Призрак? Леший? Чужой?» – перебирал я. Но призраки ходят сквозь стены, нечисть не умеет читать, а пришельцы – пьяный бред дядь Сани. Все – бред!

Страх пропал. Я огляделся. Здесь ба научила меня азбуке, здесь я открыл «Остров сокровищ», «Кладбище домашних животных» и «Марсианские хроники». Дверь сельской библиотеки вела в другие миры, сначала в дождливые дни, но только сначала. Это был и мой дом тоже, не только дом ба.

Я остался сторожить, всю ночь бродил из угла в угол, гадая, кто такой Зеленый Фонарь. Сумасшедшие мысли бодрили, но под утро сон все же победил.

Разбудил меня ужасный крик:

– Лелик, открывай! Отрой сейчас же! – Мать колотила в дверь. Голос дрожал. Задвижка почти отвалилась.

Я впустил ее, и она наотмашь ударила меня кедами.

– Ты ушел босиком! – сказала, сунув обувку мне в руки. Я глянул вниз – и правда.

– Забрал ружье! – Мать почти плакала. – Ты жив?! – Хмурая и лохматая, она вцепилась в мою футболку.

Кое-как до меня дошло:

– Подумала, я того? Самоубийца?

– Ружье! – сказала она.

– Прятал от дядь Сани. – Я отступил.

– Прятал? А почему не вернулся? – Мать отпустила.

– Не хотел видеть ба, – признался я, вроде соврал, а не соврал. Мать густо покраснела и спросила:

– Ты видел?