— Кира, забери бутылку, — попросил Кэно и понял, что голос продолжает меняться — он становится все ниже и грубее, но слова еще различимы в нем.

— Почему? — спросил мягкий женский голос. Оказывается, Кира все еще была рядом.

— У меня появляются кошмары от алкоголя, — сознался Кэно.

Кира забрала пиво и заперла решетку, оставив, уходя, свой приятный сладостный запах и дым сигарет в ночном воздухе.

Кэно поел, чувство насыщения немного ослабило тревогу. Но мучения и не думали заканчиваться. Анархист чувствовал дьявольски сильную боль в позвоночнике, плечах, руках. Он сидел у стены и не мог пошевелиться от этой боли — она усиливалась вспышками при любом, даже самом ничтожном движении. К счастью, Кэно нашел во внутреннем кармане жилетки несколько таблеток сильнодействующего обезболивающего. Муки на некоторое время прекратились, Кэно смог добрести до постели и заснуть.

Он проснулся, запутавшись в собственных простынях, разорванных и перемазанных уже подсохшей кровью. Кэно осмотрел свое тело — его парализовало от ужаса. Чешуя почти полностью покрыла спину и руки, появилась на груди и на животе. На плечах, на локтях и вдоль всего хребта ее пробивали острые костные выросты, еще перепачканные кровью, выступившей, когда они прорезали плоть. Кэно присел на постели, обхватив голову, запустив когтистые пальцы в волосы. Боль постепенно проходила, но вслед за ней в душу коварно вползало отчаянье.

Кто-то начал настырно стучать в дверь. Кэно что-то невнятно прорычал от недовольства, скаля острые зубы.

— Кэно, пожалуйста, открой дверь, — требовательно попросил грубый голос с немецким акцентом.

Кэно вскочил от ошеломления:

— Генрих Вайнер?!

— Дверь открой! — повторил немец, уже приказывая.

— Не могу! — огрызнулся Кэно. — Анкерные болты зубами выгрызать, да?!

Генрих умолк. Он осмотрел дверь, будто хотел взглянуть сквозь нее. Его серьезное лицо дернулось от удивления и тревоги.

— Он сам так решил? — спросил он Джарека, угрюмо стоявшего у стены. Тот кивнул.

— Почему? — осведомился Вайнер.

— Увидишь — поймешь! — грубо ответил анархист.

— Чего ждете? — швырнул Кэно. — Попросите Киру отпереть окно!

* * *

Вскоре Кэно сидел на диване в гостиной с Джареком и Вайнером, рядом с диваном стоял журнальный стол, на котором была мощная настольная лампа. Ее свет был направлен на лицо анархиста.

— Я не могу поверить в то, что я вижу! — в сотый раз повторял Генрих, осматривая его. Сейчас он изучал его клыки.