— Чего стоит жизнь одного, когда погибнут миллионы? — мрачно проговорил бродяга. — Да ничего! Этот сучий сын не остановится на достигнутом! Погибнут еще люди! Больше! Именно поэтому этот проходимец не должен оставаться в живых! Верь мне, Соня, другого шанса у тебя не будет. Это добровольная жертва. Прими же ее.

* * *

Кобра отрабатывал на заднем дворе стойки и движения синъицюань. Кира с усмешкой наблюдала за ним, присев на траву, и пила холодное пиво. Он босиком переступал по влажной траве, его черное кимоно трепал легкий ночной ветер. Кобра старался изо всех сил, вкладывал усилие в каждое отточенное движение, но Кира не обращала на его усердие внимания.

— А-а, все тренируешься, — окликнул его Кэно, когда он и Джарек вышли во двор покурить. — Может, сразишься с реальным противником, салага?

— Не хочу еще раз доломать тебе ребра, мастер! — огрызнулся Кобра. Главарь зловеще ухмыльнулся.

— А может, боишься сам пару переломов получить? — ехидно спросил он. Кобра замер.

— Сколько еще ты будешь смеяться надо мной?! — закричал парень. — Молодой орел в первый раз вылетел из гнезда, пробует едва окрепшие крылья, наслаждается первым полетом, а старый уже сразу упрекает его: «Ты не так держишь крылья! Как ты планируешь? Как поворачиваешь? Все не так! Все не то!» Что, старый орел, совсем забыл, как сам учился летать?!

— Хочешь доказать, что ты уже не салага? Тогда вот мое последнее задание: разыщи и приведи сюда этого гребаного предателя Кабала! — предложил Кэно.

— С удовольствием! — кровожадно ответил парень.

Кира встала и выбросила банку из-под пива за забор.

— Я тоже пойду! — заявила она. — Горю желанием начистить харю этому выродку!

Вдруг Джарек подошел к Кэно вплотную и жестом отозвал его в сторону. Главарь обернулся и внимательно посмотрел на его лицо: он был бледен, как мертвец, его правая рука была в крови, которую он отер с лица.

— Что такое? Болен? — спросил Кэно. — Давление, что у тебя кровь из носа идет?

— Не в этом дело, ты давно это знаешь, — хрипло прошептал Джарек, щуря глаза от сильной головной боли. — Чувствую, все это закончится плохо. Кабал не так прост…

— Ты бредишь! — огрызнулся на него Кэно. — Мы ни за что не отступим просто так!

— Да послушай ты меня хоть раз! — разозлено закричал Джарек. — Я чувствую… Такое ощущение, что мы все обречены. Нас предал не один человек, а весь мир. Весь мир против нас четверых!

— Что, скажешь: мы все погибли?! — кровь в жилах Кэно вскипела от ярости.

— Боюсь, что так, — обессилено прошептал Джарек, на траву сорвалось несколько капель его крови.