Не важно, скоро я доберусь до всех. Начинается новая жатва.

Я устало закрыл глаза. Словно разговаривая, вверху шелестела сеть.

Сейчас я очень занят здесь, на улицах Заубервилля, но если…

Я щелчком отправил окурок за борт. Потом развернулся, направившись к центральному трапу.

– Эй, Ковач?! – Оторвавшись от мундштука, Шнайдер уставился на меня остекленевшими глазами. – Ты куда, мужик?

– На зов природы, – буркнул я через плечо и спустился потрапу, перебирая руками поручни. Оказавшись внизу, первым делом стукнулся о болтавшуюся на петлях дверь, тут же оттолкнув ее с неожиданной злостью: ни с того ни сего сработала нейрохимия. Потом вошел в оказавшееся за дверью тесное помещение.

Слабый свет, исходивший от ровного ряда иллюминиевых плиток, оказался достаточным, чтобы различать обстановку нормальным зрением. Посреди комнаты стояла кровать, словно росшая из пола. Напротив размещались стеллажи. У дальней стены, в углублении, виднелись стол и рабочее место. Почему-то я сделал еще три шага именно к ним и, пройдя всю комнату, склонился над столом. В нем тутже проснулся дисплей, отбросивший на меня свечение синего цвета. Скорее даже цвета индиго.

Я закрыл глаза, и свет прошел по лицу туда и обратно, озаряя пространство комнаты за моими прикрытыми веками. Что бы там ни было в трубке, сейчас оно свивало свои змеиные кольца внутри меня.

– Ты видишь, волк из «Клина»? Видишь, как начинается новая жатва?

– Убирайся из моей головы, Семетайр.

– Ты ошибаешься. Я не шарлатан. К тому же Семетайр – лишь одно из сотни имен…

– Кем бы ты ни был, сам нарываешься…

– Но это ты привел меня сюда.