И только в этот момент Рангут ощутила, ярко и окончательно, что духота, скученность в тесной капсуле и перекошенная морда Макха напротив – это все по-настоящему, взаправду, и она трясется вместе с остальными по изборожденной ледяными застругами поверхности давно замерзшего озера.

Она заплакала. В этот момент что-то ударило ее под дых так сильно, что она согнулась от боли, а слезы – на этот раз от боли – хлынули у нее из глаз.

«Убери свою сикалку, – прохрипел Макх. Это он ударил Рангут. – Не повернуться толком!»

Страшная, никогда раньше не испытанная Рангут злоба вскипела в ее душе, как волна. Она перехватила винтовку поудобнее и ткнула Макха в грудь.

«Вот сейчас тебя выбросим отсюда на хер, место сразу появится!» – рявкнула она.

Макх хотел что-то ответить. Но в этот момент командир – бледный в синеву, покрытый нездоровым потом – поднял руку. Бластер уперся в живот Макха.

Арсигун не воспользовался щедрым предложением Хатхуу; ему, как командиру экспедиции, полагалось собственное табельное оружие.

«Еще раз услышу твой голос, – произнес Арсигун, не открывая глаз, только синие губы шевелились на помертвевшем лице. – Пристрелю сам».

Макх метнул на него злобный взгляд, который вполне мог расплавить стекло шлема.

«Убери винтовку, Рангут», – сказал Арсигун.

Рангут подчинилась.

В капсуле снова воцарилась тишина, в которой было слышно только хриплое дыхание восьмерых человек.

* * *

Буро-красный, словно ржавый, водопад был не выше человеческого роста. Но встретить его в краю вечного снега и льда было не менее удивительно, чем обнаружить здесь же заправку для космических катеров.

По берегу реки двигались три устройства, в которых внимательный взгляд узнал бы мотосани, или же снежные мотоциклы на полозьях. Конструкция была выдержана в минималистическом стиле, а то, как была решена проблема передачи крутящего момента в отсутствие стандартных запчастей, вызывало бы восхищение любого инженера. Бонем оказался профессионалом, который может все – и втыкать мегакрюки в планетарную кору, и собрать мотосани из запасного аккумулятора для стекрана, кресла из кают-компании и пары полозьев, отпечатанных на объемном принтере.

Бурая река, извиваясь, уползала куда-то на восток и, хвала всем богам, путь беглецам не пересекала. Следы больших мотосаней шли практически по берегу, и хотя Амрита, Хатхуу и Талан, покинувшие катер последними, не видели капсулы с товарищами, потеряться они не боялись.

«Что это за река? – спросила Амрита. – Почему она красная? Результат экологической катастрофы?»

Перед тем как покинуть корабль, все трое на всякий случай принудительно замкнули каналы передачи скафандров друг на друга – чтобы слышать каждого из товарищей, даже если он потеряется из виду. Амрита знала, что Хатхуу ее услышит.