– Конечно, – согласилась Лзи. – У наследственных династий нет буквально никаких проблем. И все хотят провести целую вечность под управлением своих собственных предков. Без сучка без задоринки.

– Ну, – сказал гейдж, – если так посмотреть…

Мертвец через свою вуаль проницательно посмотрел на Лзи.

– Ты станешь голосом нынешнего короля, когда он умрет?

– Вообще-то он не умрет, – сказала Лзи. – Короли пьют особый священный напиток, разработанный естествоиспытателями и философами, такими, как я. Они воздерживаются от большинства видов пищи и от многих физических наслаждений. Если им хватает дисциплины, чтобы не сходить с этого пути, их плоть затвердевает и утрачивает способность разлагаться. Жизненные процессы останавливаются… но жизнь сохраняется. В таком состоянии они могут оставаться очень долго, гораздо дольше обычной продолжительности жизни человека. Однако со временем плоть затвердевает настолько, что они теряют способность двигаться и говорить. Тогда им требуются посредники. Голоса.

– Такие, как ты.

– Король Светлой империи успешно достиг благословенного состояния, – сказала она, зная, что звучит это чопорно. – Но он еще не получил Голос. Как только получит, править станет новый король, а тот уйдет в отставку и присоединится к своим почтенным предшественникам. Между тем я просто его служанка и ученый. Во мне нет королевской крови, хотя в своей доброте он принял меня в монаршью семью, а ведь только женщины из королевской семьи могут служить Голосами предков.

– Откуда у тебя уверенность, что король действительно говорит посредством своих Голосов – ведь Голоса могут все выдумать? Похоже, это одна из немногих возможностей для женщины получить здесь власть.

Иногда Лзи сама думала об этом. Она решила ответить уклончиво.

– Есть истории о Голосах, которые не выполняли волю своих королей.

– Попробую догадаться, – сказал гейдж. – Все это кончилось для них трагедией и огнем.

– Груды трупов. Как всегда из-за женских амбиций.

– Итак. Старый мертвый король совсем не мертв, но у него нет живых родственниц, которые могли бы стать его Голосом, – сказал Мертвец. – Он – король без Голоса. То, что нам поручили… В общем, мне кажется, что это грабеж. Прошу прощения.

Лзи пожала плечами:

– Политика, как всегда. Те, у кого нет голоса, не имеют и власти.

– И ты желаешь себе такого будущего? – спросил гейдж.

Лзи открыла рот, собираясь ответить, но что-то – она точно не поняла что – в безглазом взгляде гейджа лишило ее голоса. Может быть, дело было просто в необходимости разглядывать собственную искаженную, вытянутую физиономию в безупречном зеркале его лица. Она закрыла рот, сглотнула и попробовала снова, но смогла сказать только: