Нельзя сражаться с тем, чего нет. Отделившись от основного войска, их отряд все больше углублялся во владения древних.

…Кем были твари, населявшие кошмарные болота, он так никогда и не узнал. Он помнил только круг столбов-тотемов, внезапно возникший в тумане, глядящие на них отвратительные резные лица, живые и блестящие глаза… резкие прорези ртов в дереве.

Когда они овладевают тобой…

Уйти было невозможно, и крики жертв прорезали туман и вечные сумерки этого места и длились много часов, все время ужасного жертвоприношения.

Это он запомнил отчетливее всего. Бесконечные крики в болоте.

Только один смог уйти.

Девлин.

Он потерял всего лишь палец.

Только позднее, спустя много дней, они поняли, какую страшную сделку заключил вор с древними. Как он заплатил за свою свободу жизнями товарищей.

Он крыса, и вор, и предатель, и Горелу хотелось его убить, но Мозер был прав: Девлин мог пригодиться для дела.

Они уезжали от этого унылого места по мертвым землям, направляясь к плодородным пространствам за ними.

Горел не был дураком. Он знал, когда его обманывают. Но он был в долгу перед Мозером, как Мозер был в долгу перед ним, и ведь этот человек специально его разыскивал… а еще ему просто было любопытно. Он много слышал о том месте, куда они направлялись.

О Водопаде.

8

Они услышали его задолго до того, как увидели.

Большой водопад, давший городу название, низвергался с высокого плато Тарш, граничившего с мертвыми землями и тянущегося до самых гор Зул-Вар. В этих горах, где когда-то жили и истребили друг друга в разрушительной войне две родственные древние расы, зул и вар, ледники питали реку Нириан. Длинная, широкая и величественная река неторопливо проходила огромное расстояние, чтобы наконец низвергнуться в Священный Бассейн. Конечно, это был никакой не бассейн, скорее небольшое озеро. Отсюда вода текла спокойнее, выходила из Священного Бассейна и растекалась по множеству старательно выкопанных каналов и протоков со сложной и изобретательной системой шлюзов, обросших многочисленными островами, дамбами и насыпями, среди которых раскинулся большой многолюдный город.

Вырубленная в камне тропа круто взбиралась, змеясь и петляя, по горному склону к плато Тарш, позволяя любому жителю города подняться на вершину к водопаду. Тропой, длинной, трудной и крутой, тем не менее часто пользовались. Она называлась Тропой Вознесения.

Небо было спокойным, воздух свежим и ясным. По небу пролетел зимородок. При приближении к воде она казалась путникам поразительно голубой, и на ее фоне ухоженная городская растительность выглядела свежей и зеленой. Повсюду, создавая ало-сине-желтый хаос, росли цветы, и их запах наполнял воздух, словно аромат духов. Аккуратные бревенчатые дома стояли на сваях, по множеству мостов со смехом бегали дети.