Вагн навалил на тела камней, сделав курган в форме лодки, положил туда же все найденные обломки кнарра, прибитые к берегу. От груза – от мехов, соленой рыбы, бочек с медом и воском – ничего не осталось. Бродя по берегу, он давил крабов и ел их, ел водоросли, выкапывал моллюсков и пил воду, текущую с утеса.

И старался не смотреть на его вершину.

Когда все было кончено, он сел на песок и стал думать о своих братьях, и о друзьях, и о том, что с ними сделали. Уцелел только он, и это возлагало на него тяжелую обязанность. Потом он встал и посмотрел наверх, на остров с возвышавшейся на нем башней, поднимавшейся над стенами. Отчистил соль с одежды, немного вздремнул на солнце, пока сох, а после полудня обошел остров и поднялся с противоположной стороны.

Король Гальдор, владыка Ведрборга, прошел к своему трону и положил на стол перед собой меч. Посмотрел на своих людей – они все стояли, – на их лица, повернутые к нему, и некоторое время тоже стоял неподвижно, наслаждаясь своей властью. Потом сел, и остальные облегченно опустились на свои места. Рабы принесли хлеб и эль, и пир начался.

Гальдор думал о своих врагах. Он хотел бы, как Один, не нуждаться в мясе и не тратить времени на еду. Перед ним поставили на стол большое блюдо с рыбой, вероятно, взятой с корабля, захваченного ночью. Крестьянская еда. Он положил руку на рукоять меча в ножнах, с золотым резным яблоком.

Была середина лета; Хьельдрик-Датчанин поклялся бросить ему вызов, пройти по проливу вопреки его воле, и Гальдор намеревался обратить это себе на пользу. Ведрборг стал для него слишком мал. Ему требовалось нечто большее, чем обычное пиратство. Он сжал меч. Человеку его мощи нужно было могучее королевство, а не остров с горсткой людей. Ему хотелось взмахнуть мечом, высвободить его силу в каком-нибудь действительно большом деле.

Движение в зале привлекло его внимание. Кто-то пришел снаружи. Вошедший перемолвился с кем-то, тот с другим, и слова потекли вдоль стола. На своем месте прямо под Гальдором его человек Гифр услышал, кивнул головой и встал.

– Пришел незнакомец, хочет видеть тебя.

– Незнакомец. Вестник?

– Нет – путник.

Гальдор поднял глаза. Посреди зала стоял подросток, неуклюжий, безбородый, широкоплечий, с вьющимися черными волосами, поразительно голубыми глазами, одет в грязную рубашку.

Гальдор сказал:

– Подойди ко мне. Кто ты?

Парень приблизился, встал перед троном и сказал:

– Меня зовут Вагн Акасон. Я пришел из-за моря, потому что прослышал о твоей силе, король, и хочу быть с тобой.

Гальдор откинулся на спинку трона. Он сразу понял, что в его словах кроется и правда и неправда одновременно. Он чувствовал какое-то колдовство: этот парень – и опасность, и возможность. Он снова положил руки на меч.