Приятели чокнулись и ловко, одним движением опрокинули рюмки.

Наконец акробаты закончили свое представление, которое в каком-либо ином месте пошло бы на «ура». Но только не в клубе «Золотой Глаз», где взыскательная публика ожидала совсем иного.

После короткой паузы раздвинулся в стороны занавес, открывающий вид в глубь сцены, где живописно расположился оркестр из двенадцати музыкантов.

Оркестранты взялись за инструменты и принялись наигрывать что-то ритмичное и забористое. И тотчас же на сцену, подобно порхающим мотылькам, вылетела стайка танцовщиц, одетых во что-то почти невесомое.

Среди публики возникло оживление.

Быстро допив то, что следовало допить, и дожевав то, что нужно было дожевать, зрители освободили руки для аплодисментов и растопырили глаза.

Счастливо улыбаясь, танцовщицы принялись кружиться в танце, едва касаясь кончиками пальцев сцены.

По задумке хореографа, они должны были изображать летящие по ветру лепестки цветов. И у них это почти получилось. Если бы не музыка. Несущиеся из глубины сцены звуки напоминали скорее о военном параде, нежели о легких дуновениях ветерка. И с этим, увы, ничего нельзя было поделать – владелец клуба был абсолютно уверен в том, что музыка должна быть веселая, ритмичная и громкая. Ничего другого он и слышать не хотел. Да и работающие в клубе музыканты ничего другого не играли.

Финн сунул в рот ломтик ветчины, завернутый в лист салата, и наклонился к Элору – оркестр играл так громко, что иначе бы приятель его не услышал.

– Где Марси?

Элор пожал плечами.

– Я ее не вижу.

– Это уже шестой танцевальный номер, – сказал Финн.

– Шестой, – согласился Элор.

– Марси все нет, – заметил Финн.

– Нет, – подтвердил Элор.

– И что это значит?

Вопрос Финна озадачил Элора.

Он задумался.

В задумчивости налил в бокал вино и сделал три глотка.