– Спросим у него про девушку с татуировкой, – ответил МакЛир.

– Ты сам-то понял, что сказал? – с тоской посмотрел на него Элор.

– А что?

– С какого перепугу этот жлоб станет с тобой разговаривать? Это не входит в его служебные обязанности! Понимаешь? За разговоры с тобой он денег не получает!

– Ну, так мы дадим ему.

– Что?

– Деньги. – Финн задумчиво сдвинул брови. – У нас ведь еще остались деньги?

Элор с возмущенным видом наколол на вилку сначала кусок колбасы, затем – кусок сыра и наконец – колечко жареного баклажана. Проделав все это, он поднял вилку вверх и показал ее Финну. Как будто собирался угостить его сим странноватым на вид канапе.

– Я предлагаю реальный план, – Элор взмахнул вилкой с насаженными на нее продуктами перед носом у Финна. – А ты несешь какую-то ахинею про деньги!

Элор сунул канапе в рот и принялся старательно жевать. При этом он не сводил укоризненного взгляда с Финна, дабы тот мог в полной мере осознать всю глубину своей неправоты.

За то время, что Элор с Финном обсуждали план поисков девушки с татуировкой, танцовщицы закончили свое выступление. На сцене их сменил жонглер, который довольно ловко подбрасывал в воздух и снова ловил сначала мячи, затем – булавы, затем – зажженные факелы, ну а под конец – так и вовсе длинные ножи, остроту которых он продемонстрировал, воткнув их в сцену. Жонглер был весьма и весьма неплох. Неплох настолько, что его даже удостоили аплодисментов. Что являлось огромным достижением для каждого, на ком не было блестящего декольте и короткой юбочки.

После жонглера на сцену вышла высокая, стройная танцовщица. У нее была смуглая кожа и широкие, ярко накрашенные губы. На ней было ярко-красное, обтягивающее платье на узких бретельках, с двумя глубокими, едва не до самого пояса, разрезами по бокам, и остроносые туфли на высоких каблуках. Платье было расшито мириадами сверкающих стразов. Шею танцовщицы обвивали три или четыре нитки бус, запястья украшали браслеты, в ушах сверкали огромные серьги. Разумеется, все эти украшения были дешевыми стекляшками, но на сцене, в свете разноцветных огней, они сияли как настоящие. Голову танцовщицы закрывала расшитая серебром шапочка с тремя огромными, пышными перьями.

Шквал аплодисментов, криков, топота и свиста прокатился по зрительному залу и разбился о сцену при одном только появлении смуглолицей танцовщицы. Она была звездой шоу. Даже вышибала, дежуривший у прохода, ведущего за кулисы, повернул голову в сторону сцены.

– Сейчас самый подходящий момент, – наклонившись к Финну, быстро зашептал Элор. – Все пялятся на эту кралю. Нас никто даже не заметит.