— Они здесь.

Значит, Тил решил остаться! Что же такое эти ненормальные сказали ему?

— Я не смог найти Безоружного — но зато теперь я знаю, кого нужно искать ещё — его жену, жившую когда-то в Геликоне — Сосу, дочь Солы, а также Вара Палку. Кто-то из них сможет помочь мне найти Повелителя — или его могильный холм.

— Любопытно, что ты назвал мне эти имена, — негромко сказал доктор Джонс. — Ты ведь неграмотен, насколько я помню.

— Я воин.

— Две эти способности — умение читать и умение сражаться — совсем не обязательно должны исключать друг друга. Некоторые воины знают грамоту. Ты не знал о содержании бумаг, с которыми пришёл к нам год назад?

— Нет.

— В таком случае позволь мне зачитать тебе некоторые выдержки из них.

С этими словами старик-ненормальный извлёк из недр своего огромного стола пачку одинаковых, исписанных ровными строчками листков бумаги.

«4 августа 118 года со дня Взрыва. Атаки прекратились, но на душе всё равно неспокойно. Недоброе предчувствие не отпускает. Боб предложил дикарям решить исход сражения путём состязания лучших воинов с обеих сторон, но до сих пор ещё не выбрал того, кто будет представлять Геликон. Среди нас нет ни одного, кто был бы хоть как-то подготовлен к состязанию в кругу, которое только и признают эти кочевники; всё это чистой воды бред. Конечно, у нас есть Сол Кочевник, может быть, самый великий воин эпохи, но я уверен, что он не станет поднимать оружие против своего соплеменника. Он ненавидит нас, ненавидит Гору; он шёл сюда для того, чтобы умереть, и за то, что мы сделали с ним, он затаил на нас зло. Мы заставили его жить, сохранив жизнь его дочери. Немного успокоить его удаётся только лишь одной Сосе; ума не приложу, каким образом эта изумительная женщина добивается своего. Живёт же он только ради своей дочери. Но это не моё дело, и хватит об этом. Для старого книжного червя я слишком любопытен. Мне стоит позаботиться о своей собственной персоне: дело в том, что у меня есть предчувствие, что происходящее сейчас есть конечный пункт той жизни, которой мы до сих пор жили и, вполне возможно, цивилизации тоже…»

«4 августа 118 года со дня Взрыва. Атаки прекратились, но на душе всё равно неспокойно. Недоброе предчувствие не отпускает. Боб предложил дикарям решить исход сражения путём состязания лучших воинов с обеих сторон, но до сих пор ещё не выбрал того, кто будет представлять Геликон. Среди нас нет ни одного, кто был бы хоть как-то подготовлен к состязанию в кругу, которое только и признают эти кочевники; всё это чистой воды бред. Конечно, у нас есть Сол Кочевник, может быть, самый великий воин эпохи, но я уверен, что он не станет поднимать оружие против своего соплеменника. Он ненавидит нас, ненавидит Гору; он шёл сюда для того, чтобы умереть, и за то, что мы сделали с ним, он затаил на нас зло. Мы заставили его жить, сохранив жизнь его дочери. Немного успокоить его удаётся только лишь одной Сосе; ума не приложу, каким образом эта изумительная женщина добивается своего. Живёт же он только ради своей дочери.