Рок подождал, а потом дополнил свой вопрос:

— Дополнительно к нашему договору?

— Просто поторопись.

Ощущение контакта в голове пропало, а на экране статуса объекта, активировался значок арсенала.

* * *

Если бы лейтенант оказался в этом помещении раньше, чем узнал бы его целевое назначение, то никогда бы не подумал, что эта комната и есть арсенал. И, посмотрев на голые стены, прошёл бы дальше.

Длинный пенал, шириной метра три и длиной десять.

По левой и правой стенам ряд пиктограмм, сейчас подсвеченных разными цветами. Часть из них была зелёной, а часть горела красным. Правда, зелёных было всего две. А красных — восемнадцать.

Лёгкое касание первой доступной пиктограммы и протаяло окошко. Небольшая ниша, сантиметров тридцать на тридцать и глубиной пятьдесят сантиметров.

Пустая.

— А где… то самое? — Рок задумчиво посмотрел на пустую нишу, и в груди начала закипать злость на обманщика.

Потом перевел взгляд на пиктограмму и легонько ударил себя ладонью по лбу.

— Понятно. Простая активация или привязка, — и уложил на пустое место свой клинок.

Как только рука покинула зону ниши, окошко заросло. И через минуту, с мелодичным звуком, открылось вновь. В нише так и лежал его клинок, никак не изменив своего положения. И внешне такой же. Но оказавшись в его руках, этот предмет повёл себя совершенно неожиданно. Скользнув змеёй под левый рукав комбеза, клинок как — то трансформировался. Лейтенант подтянул комбез наверх и увидел наруч, который плотно охватил его запястье. Пару секунд наруч был отчетливо виден, а потом пропал. Правда, перед этим мигнув.

И как им пользоваться?

Что — то в голове ничего такого, что могло бы объяснить свойства этого предмета, не появилось. Значит опять по старинке — методом тыка.

Рок подвигал рукой, сжал ладонь, крутнул кулаком — нет, ничего не мешает. Только вот всё же вопрос так и остался — а где, собственно, оружие. Был хороший ножичек, а теперь стало средство защиты? А ножик что, ещё раз искать? И как — то задумчиво представил себе своё бывшее оружие в руке. Как оно там хорошо лежало в ладони, как прижималось к пальцам…

И, о чудо!

В руке снова был кинжал. Ничуть не хуже, но он стал чувствоваться как — то роднее и ближе, что ли.

И это хорошо. И понятно как с такой игрушкой работать.