Незнакомец коснулся пальцем тяжелых цепей с черными узорами. Поднял взгляд на незваного гостя.

— Твой путь окончен, — тихо сказал он низким приятным голосом, сверкая осколками льда, заполнявшими его глазницы. — Прими это как дар освобождения.

Кобылин криво ухмыльнулся. Поднял руку, вежливо снял белоснежную шляпу с головы, прижал ее к груди, как проситель, явившийся в кабинет большого босса. Сделал шаг вперед. Силуэты троллей тут же качнулись ему навстречу, с каждым шагом подбираясь все ближе. Вампир, сверкая глазами, маячил за их спинами. Стрелки же остались на местах, не собираясь подходить ближе. Это плохо. Они внимательно следят за гостем, не отрывают от него взгляд, намереваясь при малейшей угрозе выхватить оружие. Кобылин не сомневался — они умеют его выхватывать. Они не замешкаются, не промедлят, и их стволы не зацепятся мушками за подкладку или ремни, как бывает у обычных простых ребят, впервые выходящих на охоту за монстрами. Нет, их движения будут быстрыми и молниеносными. Но то, что они так внимательно следят за мишенью — хорошо.

— Здесь нет того, что ты ищешь, — медленно с заметным акцентом произнес человек за столом и снова коснулся цепей. — Ты не выйдешь из этой комнаты. Надень их сам, или их нацепят на тебя силой.

Кобылин улыбнулся — радостно, совершенно искренне, как при встрече со старым другом.

— О, — тихо сказал он. — Я пока не собираюсь уходить. Здесь есть все, что мне нужно, аватар.

Незнакомец пронзил охотника ледяным взглядом, и чуть подался вперед, упершись локтями в блестящий металл столешницы. Тени в углах шевельнулись. А он, все еще улыбаясь, отнял от груди свой нелепый головной убор и хлопнул по нему свободной рукой.

Белоснежная шляпа вспыхнула ослепительным солнцем в его руках, затмевая свет искусственных ламп.

* * *

Когда Лена и Вера скрылись внутри здания, Гриша застонал и вцепился пятерней в бороду, дернул пару раз, выпуская пар. Выматерился, хлопнул ладонью по крыше «шестерки», оставив на белом металле вмятину и застыл пожирая глазами пустую площадку перед крыльцом банка. Солнце, спрятавшееся за тучи, похоже, и не собиралось выбираться обратно. День превратился в зыбкие сумерки, в воздухе пахло мокрой пылью и озоном. Набухшие облака вперевалку спускались к крышам, как огромные пожарные дирижабли, грозя выплеснуть свое содержимое на подозрительно притихший город.

Григорий, следивший за стеклянной дверью банка как хищник за добычей, вздрогнул, когда уловил намек на движение. Он прищурился, пытаясь разобрать, что происходит там, внутри, в холле, залитом отблеском красных ламп. Зыбкие тени. Люди — целая толпа. Казалось, они выскочили прямо из стен и мгновенно заполонили весь холл.