— Может, у него поврежден позвоночник? — справился подошедший Снарки.

— Вряд ли, — откликнулся первый повстанец. — Он говорит, что не ранен, и потом, видишь сам — ни крови, ни сломанных костей.

— Со мной все в порядке, — уверил Билл. — Просидели бы с мое в этом треклятом кресле, поглядел бы я на вас. Мне нужны, — он полностью отдался порыву вдохновения, — постельный режим, физическая терапия, массаж два раза в день и пара кварт медицинского спирта ежедневно. — Билл потихоньку начал надеяться, что вырви-глазнийцы отложат пытки до тех пор, пока он не восстановит подорванное здоровье. К тому же, подумалось ему, за спрос не бьют.

— Эй, Бисмир!

— Да, Снарки?

— Ты заметил, какая на нем форма?

— Заметил, — Бисмир понизил голос. — Вся пропахла потом.

— Я не о том. Посмотри на пошив.

— Ты прав. Печально, печально. Никакого стиля! Хотя бы золотой кант на воротнике…

— Да нет! Взгляни вот сюда! — Снарки указал на эмблему на рукаве Билла.

— Какой ты глазастый, Снарки! — Бисмир упер руки в боки; взгляд его не сулил Биллу ничего хорошего. — Это противник.

Билл громко застонал. Вот оно! Пожалуй, пора молиться. Знать бы еще, кому и как!

— Совершенно верно, — сказал Снарки. — Враг.

— Что будем делать?

— Делать?

— Ну конечно! Он — враг. Возьмем его в плен или что?

— А, вон ты о чем. Надо подумать. Устав с собой?

Бисмир расстегнул накладной карман на правой брючине комбинезона и достал книжку размером с карманную Библию. Он перелистал страницы, потом погрузился в изучение алфавитного указателя.

— На «враг» ничего нет, на «солдат» тоже. Хм-м…

Посмотрите на «пытки», мысленно предложил Билл.