— Благодарю. Вот ваш бумажник, билет, документы, все в целости и сохранности.

— Никому не уходить! Даже с деньгами с ихних карманов ста долларов явно мало!

— Да ладно вам, Стокер, не будем мелочиться, — сказал Соунз. — Наверное, они их потратили, нанимая катер, спишите в графу убытков.

— А как насчет моей посудины?! — крикнул человек в полосатой рубашке. — Кто заплатит за ущерб?!

— Вы, — холодно отрезал лейтенант Гонсалес. — Или предпочтете, чтобы я заинтересовался вашими делами с преступниками, попыткой встретиться с кораблем в нейтральных водах, попыткой…

— С удовольствием отремонтирую все своими руками, teniente. Извините, пожалуйста.

— А как вам удалось выследить меня здесь? — поинтересовался Тони у полицейского по пути к машинам.

— Вынужден признать, что случайно. Мы прослушиваем диапазон Агенции Терца, как они прослушивают наш. Я приехал просто поглядеть, что тут за суета, и ваше присутствие стало для меня приятным сюрпризом. Что ж, как ни приятно мне ваше общество, надеюсь, вы скоро уедете из Мексики. Похоже, неприятности к вам просто липнут, мистер Хоукин.

— Лейтенант, клянусь, как ни люблю я Мексику, улечу отсюда первым же самолетом.

Как только они дошли до машин, Соунз отозвал Тони в сторонку.

— Послушайте, как быть с русской? Нельзя же, чтобы весть об этом фиаско просочилась в Москву.

— На сей счет не волнуйтесь, она двойной агент, поставляющий информацию албанцам, и все ее сведения идут прямиком в Пекин. Вы можете использовать ее, чтобы подсовывать Китаю любую дезинформацию.

— Откуда вы знаете?

— Выудил из нее!

— Из вас получится хороший агент, хоть вы и не убийца, Хоукин. — Соунз поспешил прочь.

Тони втиснулся в машину, с удобством расположившись рядом с Елизаветой Злотниковой, все еще державшей поддельное полотно.

— Челлини в целости и сохранности возвращается в Италию. У тебя в руках все, что осталось от да Винчи. Остальное на самом деле погибло при бомбежке. Похоже, до него никому нет дела, так почему бы тебе не оставить картину себе?

— Это очень любезно с твоей стороны, Тони. Фрагмент, анализы, невероятная ценность. Извини, что я говорила про тебя плохие вещи. Будешь в Нью-Йорке — непременно заходи в гости ко мне в музей.