— Я сделаю лучше. Я приглашу тебя куда-нибудь. Ты играешь в пинг-понг?
— Что?..
— Ничего. На обед, в театр, поедим вместе.
Он пожал ей руку, и она ответила крепким пожатием. Тут поднялся рев, будто их окружал рассерженный рой чудовищных ос, — это заводилась шеренга мотороллеров, напрочь заглушив жалобы матросов, на веслах выводивших неуклюжий катер в море.
Глава 18
Глава 18
— Вы получите благодарность в приказе, — сообщил Соунз.
— Да не нужна мне никакая благодарность, — возразил Тони. — Я хочу только одного, спокойно удалиться. Нет, сынок, уж я-то знаю, что большие золотые значки ФБР продаются по доллару девяносто восемь. За свои двадцать центов все, что ты можешь приобрести, это шоколадную ручную гранату.
— Это не так-то просто, Хоукин, вам бы следовало это понимать. Вы весьма осведомлены о работе ФБР, вы опытный полевой агент, и, кроме того, Сам считает, что вы проделали великолепную работу.
— Чудесно, так почему бы
—
— Вот и еще причина, чтобы уйти. Что, Софи, отличный долгий перерыв на ленч, затянувшийся на четверть часа дольше положенного?
— Вы не поверите, обслуживание такое скверное, что я едва дождалась, и не надо меня обвинять, а?
— Да не обвиняю я никого. Распоряжайся здесь, я буду у себя в кабинете. — Шагая по коридору прочь, Тони ткнул большим пальцем в сторону массивной фигуры Софи Файнберг, трудолюбиво торгующей раскрашенными портретами, дактилоскопическими наборами, карамельными патронами. — Пусть она занимает мое место, а я лучше вернусь в Национальную галерею. Дело известно ей ничуть не хуже, чем мне. А может, и лучше, поскольку она читает мою почту раньше, чем я.
— Она не может. Она внедренная, двойной агент, мы за ней присматриваем.
— Так я и знал! Держу пари, она работает на ЦРУ?
— Она хочет, чтобы вы так думали, но на самом деле она первым делом доносит обо всем в казначейство. Знаете, там все еще расстраиваются из-за тех ста долларов, я видел приказы, которые они ей передали.
— Готов спорить, она даже не еврейка.