Но нет.

— Не так… быстро…

Держась за окровавленный бок, вся в порезах, со всклоченными волосами, из-под полуразрушенной лестницы вышла О’Хара. Вокруг её левой руки пылало синее свечение.

Из грязной воды выстреливали жгуты ожившей влаги. Чистые, как слеза младенца, они окутывали демона. Спутывали его почти так же прочно, как недавно — цепи, созданные Алексом.

Чистая природная стихия. Магия, сравнимая по силе и древности с Хаосом и Порядком.

— Дите Дану, — демон, потеряв всякий интерес, к Алексу, развернулся и направился к капитану. Он шел медленно. С каждым шагом ему приходилось срывать с себя водяные лианы, которые пожирали его плоть. Но там восстанавливалась быстрее, чем её уничтожала магия фейри. — За сотни веков я успел забыть, как сладка ваша кровь и магия. Пожалуй, перед отбытием, я порадую себя твоей смертью.

О’Хара отняла руку от раны. Кровь полилась ровным потоком — как из разбитой бутылки вина. Используя обе руки, фейри удвоила количество водяных лиан, но, раненная, уставшая и измотанная, она не могла ничего противопоставить демону.

Демону, который даже своей магии еще не использовал.

Лишь чистое физическое превосходство.

Если бы, хоть на мгновение, эта тварь восприняла их всерьез…

— Когда я вернусь сюда, первым делом устрою пир на вашей земле, — демон облизнулся.

Разорвав очередные водяные лианы, он навис над О’Харой. Он схватил её за шею основанием своих пальцев и легко оторвал от земли.

Распахнув пасть, он высунул язык и провел им по лицу девушки. Он действительно воспринимал её исключительно, как пищу.

Алекс смотрел прямо перед собой.

Там демон собирался пожрать ненавистное ему отродье богини Дану. Одну из тех, кто… кто…

— Проклятье… завтра я об этом уже пожалею… — подумал Дум.

Он с трудом произнес:

— Эй, придурок!

Демон, услышав родную речь, обернулся.

Он увидел, как в воде барахтался странный маг, к которому питал необычный интерес лорд Балтаил. Вместо правой ноги у паренька забавно дергалась окровавленная культя. А еще в руке он держал то, что называлось «пистолетом».