Тихонов поправил шлейку небольшой пухлой дорожной сумки, и покачал головой.

− Я бы не смог, уж лучше бы сдал билет. Лео, вы ведь хотели передать на Землю что-то важное? – его серые глаза смотрели на Бестужева изучающее.

Лео кивнул, ответил таким же пристальным взглядом заговорщика и протянул упакованного в прозрачный пластик глиняного туркана.

− Прошу, передайте этот сувенир моему другу. Он с вами свяжется на Земле.

− Этот друг интересуется археологией? – спросил Тихонов.

− Очень, − ответил Лео и с облегчением выдохнул.

Глава 24. Егор

Глава 24. Егор

Казанский вокзал, метроплекс Москва-Сити, планета Земля

Сначала он злился, даже испытывал лютую ярость — ни больше, ни меньше. Одержимый этим чувством, Егор был готов разнести к чертям Лужники, базу «Легиона» и весь мир в придачу.

Она предала.

Одним сообщением стерла все, что было и могло бы быть.

«Я с Игорем. Все встало на свои места. Поверь, так будет лучше. Татья».

Когда стало ясно, что миссия в отеле «Инфинити» провалена и Егор получил сообщение, то не поверил собственным глазам. Первая мысль: что-то пошло не так, Татья в опасности, ее заставили это написать… А через мгновенье он уже оценивал ситуацию трезво и понимал, что ошибается. Каждое слово представлялось Егору пулей, выпущенной в грудь. Литвинцева безжалостно разрядила в него обойму и скрылась в неизвестном направлении с тем, кого любила и ждала все это время. Внутри кипела злоба, в висках дико стучала кровь, и Егор не знал, как с собой справиться, чтобы не сделать того, о чем пожалеет.

А потом пришла неутешительная, но здравая мысль: Татья ему ничего не должна. Она не обещала, ни в чем не клялась. Тот поцелуй, та маленькая шалость, которую он себе позволил, воспользовавшись ее беззащитностью – ничего не значил. Ведь до встречи с ним у нее был жених, о чем Литвинцева периодически напоминала. Девушка вовсе не давала поводов считать себя доступной.

Сейчас, стоя в зале отдыха Казанского вокзала, Егор понимал, что на смену злобе пришла апатия. Циферблат камеры хранения тускло светился под пальцами. Егор бездумно ввел код, совершенно механически достал из ячейки сверток с артефактом и побрел прочь. Вокзал грохотал: шум сотен ног и голосов, металлический скрежет техники, фоновая музыка, которая раздражала, хотя должна расслаблять. Егор вышел к перрону, и толпа вмиг поглотила его, превратив в часть единого организма, именуемого метроплексом. Где-то над головой засвистел поезд, вынырнув из прозрачной трубы тоннеля «Гиперлуп»; пискляво пропел сигнал прибытия, и серая река хлынула к вагону, едва не растоптав Бестужева.