– Мастер Вос, – настойчиво прожурчала женщина. – Вы же понимаете, что в нынешние тяжелые времена сохранять обособленность невозможно. Только вместе мы преодолеем…

Вос, с явно читаемой на лице скукой, встал.

– Не интересует, – отрезал мужчина. Мон гневно вскочила, но ничего сказать не успела: в кабинете резко похолодало, и в наступившей гробовой тишине, сползшиеся к центру густые тени вновь сложились в высокую полупрозрачную фигуру.

– И снова привет, Мон! – весело оскалился Вейдер. Женщина что-то придушенно пискнула, гневно уставившись на невозмутимо зашагавшего к двери киффара.

– Прости, Мон, – пожал широкими плечами мужчина, – но ко мне – никаких претензий. Мы договорились об избавлении тебя от призрака? Я тебя от него избавил. Надо было уточнять, на какой именно срок.

Вос кивнул Вейдеру, окутываясь Силой и исчезая в тенях.

– Приятного аппетита, Энакин, – пропел мужчина, закрывая за собой дверь. Мон закричала, когда ее виска коснулось ледяное дыхание.

– Пришло время, Мон.

Через полчаса вошедший секретарь обнаружил иссохший труп, узнать в котором лидера Возрожденной Республики было попросту невозможно, а Вейдер, довольно улыбающийся, шагал по мраморным плитам замка Баст. Время пришло. Пора двигаться дальше.

– Гален, – пророкотал призрак, ласково потрепав по куполу астродроида, гневно выражающего свое негодование. – Идем, ученик. Я хочу обсудить с тобой твое будущее.

Глава 4

Глава 4

Мир «Беш».

Воссоединение частей армии прошло успешно. Сошедший по рампе Оби-Ван окинул взглядом стоящих плечо к плечу братьев, отметил мешки под глазами, истощение и общее напряжение, оценил мрачное выражение лиц и проблеск надежды, а также угнетенность падаванов…

После чего прошел в поставленную для него палатку, поманив за собой Скайуокеров.

– Рассказывайте.

Энакин предсказуемо горделиво вскинул подбородок, но Люк тут же отвесил брату мощный подзатыльник, от которого у парня лязгнули зубы.

– Я предупреждал, – мягко произнес Люк в ответ на протестующий возглас.

– Энакин, – так же мягко произнес Кеноби, и Скайуокер рефлекторно сглотнул, вновь чувствуя себя мелким падаваном, подавленным мудростью, авторитетом и силой своего учителя.