Сенатор глянул на комиссара, задумчиво потер подбородок и несколько удивленно произнес:

– Стратегическое мышление… Твою идею, Артур, я завтра выскажу в генштабе.

– Думаю, они и сами пришли к такому же выводу.

– Да? Возможно… После мятежа прошло много лет, и мы отвыкли воевать. А военные забыли, как готовить план боевых действий.

«А у нас хоть и воевали постоянно, но тоже ничему толком не научились. Что Афган, что Чечня…» – некстати подумал я.

– Артур, у тебя есть наметки по организации батальона?

Я достал из кармана сложенный вчетверо листок и протянул Авьялину. Тот прочитал, вернул бумагу мне.

– Три роты, рота разведки, группа снайперов, батарея самоходных установок. А почему рота разведки?

– Это вне штата. На случай, если батальон будет развернут в бригаду.

– Ты и об этом подумал? Здорово. Но нам пока не до жиру. Надо протолкнуть создание хотя бы батальона.

Зазвонил телефон. Дорич протянул руку к навесной полке дивана и подхватил трубку радиотелефона.

– Да?.. Что? А как ты об этом узнал?.. Я спрашиваю – значит надо! – Он нахмурился. – Так… понял. Когда звонили?.. Ладно, молодец, правильно ответил.

Он положил трубку, неопределенно хмыкнул, глянул на сенатора.

– Звонили из Арланды, запрашивали, нет ли тебя здесь. Твое инкогнито раскрыто.

– Вот черт! – с досадой выругался Авьялин. – А я-то рассчитывал, что мой вояж на полуостров пройдет втайне. Считается, что я сейчас инспектирую завод по производству танков…

Мы встали, прошли к дверям. Авьялин пожал нам руки. На прощание сказал:

– Артур, сейчас на рожон не лезь, береги себя и ребят. По некоторым сведениям, боевики планируют вернуть отбитую тобой территорию.

– Вряд ли они осмелятся идти на прямое столкновение.

– И все же будь осторожен.

– Ясно.