– Мне тоже.

– Ты мог бы поехать со мной в Амарун, чтобы там стать королем, – предложила Фрейя, но легкость в ее голосе прозвучала только для того, чтобы подбодрить его. – Тогда мне не пришлось бы становиться правительницей. Это не очень мне подходит.

Киран фыркнул:

– Тоже не хочется на трон?

– Не особо. – Она отклонилась, чтобы поймать последние лучи солнца, прежде чем оно скроется за большой тучей, которая клубилась на горизонте. – Слишком много ответственности, с которой я не справлюсь. Я люблю свою свободу. И магию. А это противостоит вере и основополагающим принципам моего собственного народа и, похоже, не станет хорошей предпосылкой для моего правления.

– Тебе действительно нравится магия, – отметил Киран. Они больше не говорили об этом с тех пор, как Фрейя рассказала брату в своей спальне об уроках алхимии и ее заклинаниях поиска. Обещания не применять магию в будущем она так ему и не дала, и, судя по мечтательному выражению ее лица, принцесса этого никогда бы и не сделала, хотя и рисковала из-за этого жизнью. Но в этом принц не мог ее упрекнуть, особенно после того, как незадолго до этого похвалил способность людей восторгаться.

– Хочешь, покажу трюк?

Правый уголок рта Фрейи приподнялся:

– Хочешь похвастаться?

– Может быть, немного. – Он усмехнулся, вслушиваясь в себя. В ту же секунду он почувствовал магию, текущую по его жилам. Его чувства обострились, и принц теперь мог не только видеть и слышать фонтан, но ощущать его кожей и чувствовать его запах. Киран ощущал влагу отдельных частиц не только в воде, но и в воздухе, в растениях, которые окружали их, в своем собственном теле и в теле Фрейи. Все они несли в себе этот жизненно важный элемент. Он отключил свой разум и пошевелил пальцами ритмичными движениями, которым его научили после возвращения в Нихалос. Настоящим мастерам не приходилось этого делать. Их мысли было достаточно, чтобы контролировать стихию, но должны были пройти еще годы, прежде чем Киран овладеет этим искусством в совершенстве. Тем не менее вода подчинилась его воле.

Прозрачные нити поднимались из слюдяной влаги, плясали по воздуху и переплетались друг с другом. Он описал запястьем круг, и несколько капель упали обратно в фонтан, но остальная жидкость превратилась в мерцающий шар, парящий над ладонью Кирана. Пальцами другой руки он призвал свою земную магию, и камешки, дрожа, поднялись с земли. Принцу приходилось прилагать немало усилий, чтобы удерживать власть над обеими стихиями одновременно, но, тем не менее, камни симметрично выстроились вокруг водяного шара и начали вращаться вокруг него, как луны вокруг Земли.