- Смертные, – сплюнул Кань Дун. Его брови-рога слегка двигались, а за спиной уже вновь кружило несколько золотых шаров. – Вы пытаетесь найти смысл даже там, где он не треб…

Эйте вскочила на ноги. Роняя горячие, алые капли, оставлявшие глубокие шрамы на её щеках, она бросилась в безрассудную атаку. Её энергетическое тело сочилось энергией. Глубокие душевные раны стали надгробием человеку, который был ей дороже своей жизни.

– Осторожней! – Лэтэя взмахнула копьем.

Белоснежный луч звездной энергии окутал Эйте и, будто кнут, сдернул её с места. Лэтэя успела как раз вовремя. В следующее мгновение на том месте, где только что оставила отпечатки стоп на земле Эйте, уже… больше не было этой земли.

Водяная лиана, воплощение копья-клинка Кань Дуна, уничтожила остров, оставив на ослабевшей ткани реальности несколько шрамов.

– Придите в себя, воительница! – воскликнула Лэтэя.

Но глаза Эйте сквозили пугающей пустотой. Зрачки сомкнулись в маленькую, черную точку. Её губы едва шевелились, неустанно повторяя “Айян, Айян, Айян”.

– Да что с вами та…

Хаджар дотронулся до плеча друга и покачал головой. А сама наследница Звездного Дождя, посмотрев в глаза Хаджара, поняла больше, чем следовало бы.

Кто, как не тот, что уже потерял самое драгоценное на пути развития, поймет другого – лишь коснувшегося края бездны, открывающейся позади подобной утраты.

Лэтэя скосила взгляд на обручальный браслет Хаджара. Тот никогда прежде не говорил о своей жене. Не рассказывал. Не предавался сантиментам и ностальгии. Лишь порой брал в руки Ронг’Жа, едва касался струн и…

– Хаджар, ты… – Лэтэя не договорила.

Хаджар отвернулся. Он сжал кулак. Так сильно, что зазвенели браслеты.

– У тебя есть два выхода, смертный, – Кань Дун раскрутил копье и вернул его за спину. Водяная лиана, описав широкую дугу, осыпалась брызгами-ударами, градом рассекая пространство и перемалывая острова. – Ты можешь отдать мне то, что украл в перво-храме и тогда я помилую твою душу и позволю отправиться ей к праотцам и постичь круг перерождения. Либо же… – Бессмертный поднял копье и потоки его энергий и мистерий поднялись к небу, где раскрылись пастью речного дракона. – я уничтожу твою суть и суть твоей спутницы и все, что будет вас ждать – глубокая бездна забвения.

Хаджар вздохнул и поднял глаза к небу. Реальность раскалывалась. И сквозь эти прорехи что-то приходило к нему. Откликалось в его душе. Звало его и манило.

Не как старый и верный друг – ветер.

Не как острые лезвия забытых воспоминаний о прошлой жизни в пыльном и маленьком мире.