– Могу поклясться, что Лео дан Броку никогда не приходится втягивать живот, – пробормотал он.

– Да уж наверняка. Небось у него живот твердый и бугристый, как булыжная мостовая. – Хильди смотрела куда-то в угол комнаты с затуманившимся взглядом. – Он совмещает в себе лучшие черты танцовщика и портового грузчика.

– В то время как во мне сошлись худшие черты лентяя и трактирщика? – Орсо неохотно натянул на себя рубашку. – Возможно, тебе удастся заполучить новую работу, умащать живот Молодого Льва маслом, когда он сменит меня.

– О таком девчонка может только мечтать!

– Но все же в человеке есть и нечто большее, чем брюхо.

– Еще бы. У вас и под подбородком уже жирку наросло.

Орсо вздохнул:

– Спасибо тебе, Хильди, за все. Пока ты рядом, у меня никогда не будет опасности сделаться чересчур самодовольным.

Отодвинув портьеру, он тоже посмотрел на улицу, на марширующих мимо солдат. Вероятно, он должен был почувствовать себя растроганным их преданностью. Его отец наверняка бы уже махал им из окна вялым кулаком, извергая какие-нибудь патриотические банальности. Орсо же погрузился в размышления о том, какие странные сочетания сомнений и желаний вынудили каждого из этих людей, ввергнув себя в этот металлический поток, плестись к собственному уничтожению, вместо того чтобы сделать в высшей степени разумный выбор и мчаться со всех ног в противоположном направлении.

Затем, поймав себя на том, что не понимает, почему он сам до сих пор здесь, Орсо нетерпеливо хлопнул себя по голове:

– Черт побери, Хильди, кажется, я слишком много думаю для того, чтобы быть хорошим военачальником!

– Плюс отсутствие у вас военного образования, способностей и опыта.

– Образование, способности и опыт для монарха будут лишь обременительными. Такие мелочные заботы годятся только для мелких людей, дорогая моя. – Из окна ему был виден низкий гребень к востоку от города, долговязые деревья на его вершине и первые рассветные лучи, пробивающиеся сквозь облака за ними. – Кажется, дальше откладывать уже некуда. Когда взойдет солнце… похоже, мне придется драться, черт бы его побрал совсем.

– Принести вам ваши доспехи?

– Да уж наверное. И скажи Бернилле, что я готов завтракать.

– Диету отложим на завтра, да?

– Если я буду еще жив, – отозвался Орсо, похлопав себя по животу.

* * *

Стур Сумрак злился.

Хлыст разложил для завтрака отличный костер – возле опушки, откуда они могли сразу увидеть, если на холмах впереди будет что-нибудь происходить. Хлыст вообще неплохо разводил костры, а сегодняшний ему особенно удался.