— Да, странно, ― согласился Виккерс.

— Тут имеется всего один вариант, ― со знанием дела заявил Солома, который закончил очередной подход жима лежа и теперь расслабляя мышцы просто валялся на скамье. ― Стуканули тебя, парень. Сдали с потрохами.

— Но ведь никто не знал! ― почти закричал Корн, и это была святая правда.

Сергей никому не рассказывал о контакте, который ему передал Хмурый… никому, даже лучшему другу Гансу. Ну, а если бы и впрямь захотел это сделать, то все равно ничего конкретного сообщить не смог. Ведь что он знал? Абсолютно ничего, только номер связи в дышащей на ладан единой информационной сети. Так что какая-либо утечка из клана жестянщиков исключалась на сто процентов.

— Погоди, ― бас Бульдога жестко вторгся в воспоминания юноши. ― Как мне известно, ты к нам по протекции попал. Сразу оговорюсь, что не вижу в этом ничего дурного, мы тут все вовсе не по объявлению в газете собрались. Кто-то кому-то рассказал, кто-то кого-то направил… Но у этой медали имеется и другая, оборотная сторона ― этот самый «кто-то» теперь совершенно точно знает, где искать свое дорожайшее протеже.

— Нет, не может быть! ― Сергей протестующе замотал головой, словно отметая саму мысль об утечке со стороны Хмурого. Дабы продемонстрировать насколько это подозрение абсурдно и нелепо, новгородец добавил: ― Меня направил всеми уважаемый человек, староста клана, сослуживец и давний знакомый нашего полковника.

— А вот с этого места попрошу поподробней.

На удивление приведенные Сергеем, казалось бы, железные доводы не только не развеяли подозрения Бульдога, но даже наоборот, укрепили их. Удивленный или даже ошарашенный этим Корн уставился на старого солдата. Молодой человек молчал, пытаясь проникнуть в потаенный, чем-то даже пугающий смысл его слов.

— Ну чего, салабон, вылупился? ― Бульдог ухмыльнулся, причем совсем невесело. ― Для тех, кто на бронепоезде, популярно объясняю: похоже, твой староста и наш командир пересекались во время службы в НСБ. А это, чтоб ты знал, не просто какая-то там работенка, это самый настоящий диагноз. Люди там до неузнаваемости менялись. Такое впечатление, что им их родные мозги вытягивали, а в черепушку другие вкладывали, полезные, правильные с точки зрения «конторы».

— Это ты куда клонишь?

Вопрос задал вовсе не Сергей, а Виккерс, которого, похоже, очень заинтриговала данная тема, да и не только его одного. Практически все присутствовавшие в казарме разведчики, включая картежников, притихли и с любопытством стали прислушиваться к разговору. Исключение составлял, пожалуй, лишь один Тарас. Бронебойщик, отрешившись от действительности, продолжал с жаром переживать эпизоды остервенелого мордобоя.